Держитесь, маги, я иду! (СИ)

В доме было тихо, слуги бесшумно скользили, мрачно и неохотно занимаясь повседневными делами, служанки всхлипывали и утирали слезы платочком. В холле на пару рыдали Паляна с Ильяной, Марика горестно стенала на кухне, и не думая варить обед, а вокруг нее мрачно вздыхали печальные лакеи и привратник. Под дверью спальни скорбно завывал щенок. Дворецкий оделся в черные одежды. Общая атмосфера в доме была, как во время похорон.

– Мы прибрались в вашей комнате, лорд-маг, – всхлипывая, доложила Ильяна, заглядывая в спальню госпожи. Увидев неподвижно замершую в воздухе леди Таис, по-прежнему закутанную лишь в полотенце и всё с тем же бессмысленным взглядом, горничная опять разрыдалась.

– Уйди, богов ради, и без твоих слез тошно! – попросил Северин.

– Давайте, мы хоть леди Таисочку нашу оденем, что ж она так-то ... не хорошо. Она пока притихла, а мы с Паляной быстро – за минуточку управимся! – гнусавым от долгого плача голосом прошептала Ильяна. Паляна, выглядывая из-за плеча подруги и размазывая слезы по щекам, активно закивала.

– Одевайте, я подстрахую, если что ... – согласился измученный тревогой Северин.

Горничные действительно справились за минуточку и непредвиденных ситуаций не возникло. Леди Таис, казалось, закаменела, не делая попыток двигаться даже в отсутствие магических пут, и полностью уйдя в себя.

'О чем она сейчас думает? И думает ли вообще? Что же я наделал! Лучше бы и дальше друзьями жили, лучше бы я сам от неудовлетворенной страсти с ума сошел! Но только не Наиля! Любимая, я сделаю все – ВСЕ! – что только смогу придумать, чтобы излечить тебя!' – клялся себе самому Северин.

За весь день Наиле так и не стало лучше, скорее, наоборот: к вечеру ее взгляд приобрел осмысленность, и девушка вполне сознательно периодически начинала кидаться в сторону Северина, пытаясь не то поцеловать, не то укусить. Посидит – посидит и кинется вдруг, потом снова застынет, порычит что-то непонятное – и снова кинется. Северину пришлось опять обмотать жену воздушным силком.

На звонки на амулет от коллег по работе, отца и деда, Таис-младший весь день не отвечал. К вечеру в его дом пришли все старшие родственники в сопровождении Лютена.

– Авар, помоги ей! – взмолился Северин, не обратив внимания на старших Таисов.

Лютен прошел в комнату леди Таис. Проведя руками над ее телом, он констатировал:

– Это уже четвертый этап, Северин. Здесь я бессилен помочь, ты же знаешь, – и Авар с грустью посмотрел на друга.

– Когда он закончится?! – прокричал Северин.

– Я не уверен, что он закончится, друг. Ты же видишь, как она рвется. В конце концов, ты не выдержишь, отпустишь ее, и все пойдет по новой.

В ответ на слова Лютена, Наиля что-то грозно прорычала на том же непонятном языке.