Держись от меня… поближе!

— Не кричи на меня! — вдруг разозлилась она.

— Я разве кричу? — удивился Глеб.

— Ты орешь!

— Я не хотел… Я… В общем, извини! — тут же сменил он интонацию.

Потом резко затормозил, повернулся к Адель и, глядя ей прямо в глаза, заявил:

— Только не надо меня опять от себя отпихивать! Я встречаться с тобой хочу… Серьезно!

С этими словами он положил руку ей на коленку, а Воробушек отпихнула ее совсем как тогда, в горах.

— Что, опять нельзя? — разозлился он. — Ну мы же были с тобой только что! Я ж не только коленку трогал… Или жалеешь? — Он пристально вгляделся в ее лицо, считывая каждый жест, каждое микродвижение, стараясь понять, где правда. — Ты жалеешь, что мы сделали это, Адель?

Смотрел-смотрел, а разгадать, что творилось в ее голове, так и не смог.

— Просто всё очень неожиданно… — вдруг заговорила она. — Мне нужно прийти в себя. К тому же у меня свои дела… Я хочу к себе домой, пойми, пожалуйста!

Глеб молча завел мотор и развернул машину в сторону дома Адель.

Домчал за каких-то десять минут, но лучше бы вез час, два, сутки. Отпускать ее не хотелось категорически. Однако в награду услышал от нее так любимое им:

— Спасибо, Глеб.

На секунду почувствовал себя словно собака, которой только что почесали пузо.

— Иди, иди, Воробушек… пока я не передумал.

Для себя решил: ладно, так уж и быть, сегодня отпустит. В конце концов, всё получилось уж слишком неожиданно. Надо дать Адель время, пусть осознает, что ее жизнь теперь изменилась. Однако сегодня — последний раз, когда он позволил ей так просто уйти.

Глава 33. Растрепанный воробушек

Адель пробиралась в квартиру, как настоящий шпион. Максимально тихо открыла дверь, постаралась не шуметь в прихожей, но стоило выйти в коридор, как поняла — старания напрасны. На кухне горел свет, и там явно кто-то был, причем кто-то маленький и прожорливый.

— Хочешь еще каши, Борь? Давай с маслицем, — ублажала племянника Софочка.

— Разве это масло… вот в моей молодости было масло… — раздался следом скрипучий старческий голос.

Ага, и баба Нюра тут.

Адель решила тихонько пробраться в комнату, переодеться, а уж потом явиться пред грозные очи семейства. Только сестра услышала ее шаги и тут же выглянула из кухни.

— О, Аделечка, тебе положить ужин? — спросила она и как-то сразу приметила, что с сестрой что-то не то. — Ты чего такая растрепанная?

И это она еще не видела, что творилось под курткой…

— Пойду переоденусь и приду к вам, — кивнула Адель и юркнула в сторону комнаты.

Успела стянуть с себя куртку, рубашку Глеба и уже собралась стаскивать то, что осталось от юбки, как в комнату всё-таки зашла Софочка.

Адель еле успела прикрыть разодранные полы юбки.

— Мать моя женщина, на тебя напал гризли? — ошалела сестра.

Хорошо, что зашла без Бориса, видно, тот остался доедать кашу.