Держись от меня… поближе!

Но… сколько бы они потом с классом ни ходили в походы, паршивка больше ни в одном мероприятии не участвовала.

Впрочем, где бы он ее ни встретил, она всегда вызывала в нем такую гамму эмоций, что он понятия не имел, как с ними справляться. Выражал как умел — через негатив. И вот замечательный итог — Воробушек сбежала от него в горы.

Он шагал довольно долго. Прислушивался к возможным шагам впереди, хрусту веток, но ничего такого не слышал. Уже собирался возвращаться, решил, что в кои-то веки Воробушек сделала правильный выбор и свернула к гостинице, как вдруг снова заметил припорошенные следы, благо снегопад пошел на убыль.

Причем следы какие-то странные. Если раньше они были ровными, то теперь складывалось такое ощущение, что оставивший их хромал.

«Дело дрянь…» — почему-то сразу понял он.

Двинул вперед быстрее, через несколько минут увидел тень.

«Ну, что и требовалось доказать!»

Глупышка опять перепутала дорогу. Не зря Жаров сюда пошел, ой не зря.

Обрадованный, ринулся вперед с удвоенной скоростью и тут заметил, что девичья фигура спешит спрятаться от него за дерево. Он столько ради нее прошагал, а она еще смеет прятаться?!

— Адель, я тебя видел! — взревел он, сжав кулаки.

Тень замерла возле дерева, а он направил на нее луч фонаря.

Рванулся туда и вдруг нарвался на совершенно неожиданную угрозу:

— Только подойди, я тебе глаза выцарапаю!

«Ого, как мы умеем разговаривать!» — слегка обалдел спасатель.

Памятуя причину ее побега, несколько раз глубоко вздохнул, чтобы снова на нее не сорваться. А хотелось, и сильно…

— За что ты собралась мне глаза выцарапывать? За то, что я столько прошел в поисках тебя? Или что в горы поехал, наплевав на планы?

— Думаешь, у меня нет причин?! — завизжала она. — Ты… ты… Я даже слова подобрать не могу…

Наверное, другая девчонка ругнулась бы матом. Но маты — не об Адель. Такая даже сушки ест ножом и вилкой.

— Воробушек, успокойся!

«Черт, проговорился… — Жаров мысленно хлопнул себя по лбу. — Первый раз проговорился! И так некстати…»

— Что? — закусила удила она. — Придумал новое прозвище? Вошка устарела? Мы больше не в школе, Глеб! Если ты мне хоть что-то сделаешь, я тебя засужу!

— Успокойся! Я, вообще-то, ничего тебе делать не собирался! Ты мой работник, я за тебя несу ответственность, понимаешь? Поэтому и приехал забрать тебя и отвезти домой! Ничего больше, Адель! Всё остальное ты себе придумала!

— Я тебе не верю! — зарычала она обиженным волчонком.

Жаров был уверен: если б могла, растерзала бы в клочья.

— Ну и каков твой план спасения Адель? Куда ты собиралась идти?

— Где-то неподалеку находится гостиница, и я вполне в состоянии дойти туда сама… — заявила Сафронова.

«Значит, про гостиницу всё-таки в курсе…» — усмехнулся.