Держись от меня… поближе!

Язык прирастает к небу, ноги отказываются идти, в голове вместо мыслей вата, хочется взять что-то тяжелое и швырнуть ему в голову.

С другой стороны, она ведь уже не крошечная Вошка, которая двух слов связать не могла в споре, правильно? Хватит трусить и прятаться, вчера ведь не то что не съел, а даже не понадкусывал. И на работу опять-таки уже опаздывала…

Сафронова почти смело ухватилась за ручку двери, вошла в холл, заметила, как Жаров отвлекся на звонок телефона, отвернулся в сторону. И… прошмыгнула в сторону лестницы незамеченной.

Может, пока толпа к лифту рассосется и злобное чудище попадет на нужный этаж, Адель уже успеет пробраться в бюро, забурится в кабинете и вообще не попадется Жарову на глаза.

* * *Он буквально летел к двери бюро. Впереди второй рабочий день вместе с Воробушком!"

"В груди кололо, приятно ныло. Буквально облизывался в предвкушении встречи. Прямо как когда-то давно, в школе… Когда входил в класс, искал взглядом одинокую фигуру Адель. Ему важно было установить с ней зрительный контакт. Хотя бы раз, прежде чем начнется урок.

Сафронова, как правило, зажималась в уголке, ни на кого не смотрела, закрывалась учебниками. Жаров делал разное, чтобы этого контакта добиться. Швырял в нее чем-нибудь, обзывал, подшучивал, начинал о ней говорить в обидной форме с кем-нибудь из приятелей. Что угодно — лишь бы задеть за живое. Всё это продолжалось, пока Адель не оборачивалась, и уж тогда начинался его школьный день. Жить не мог без того, чтобы Воробушек хоть раз к нему обернулась.

Детский сад, стыдно вспомнить… Но тогда это казалось ему забавным.

Сейчас он тоже от зрительного контакта не отказался бы, пусть и швырять в нее ничего не будет. Хорошо, что теперь они взрослые, ничего выдумывать не нужно. Если захочется — Воробушка можно просто позвать.

Может, Адель ему даже улыбнется? Один раз, совсем чуть-чуть, хоть уголками губ — как вчера… Он же оставил ее на работе, в конце концов! Должна быть благодарна!

Конечно, никаких романтических планов у него на эту девушку нет и быть не может, но ведь ничего плохого в том, что он на нее просто посмотрит, тоже нет, так? Она, наверное, уже в кабинете, трудится как пчелка, стучит пальчиками по клавиатуре. Жаров заглянет туда лишь на секунду, проверит, как она, и к себе. И плевать, что месяцами к своим переводчикам носа не казал, все вопросы решал через секретаря.

По дороге от лифта до двери бюро заметил за спиной какое-то движение. Резко обернулся и увидел Воробушка почему-то выходящей из двери, ведущей на лестницу. Она несмело зашагала в его сторону.

«Предпочитает подниматься по ступенькам? Это всё-таки пятый этаж…»

— Привет! — поздоровался начальник вежливо, как ему казалось.

На самом деле голос звучал так, будто Жаров подхватил ангину.