Держись от меня… поближе!

Адель положила на стол подаренные им драгоценности и какой-то листок бумаги. Развернулась и выскочила из кабинета.

Глеб еще долго стоял на месте, оглушенный ее словами. Потом подошел, посмотрел на листок — это было заявление на увольнение по собственному желанию.

— Вот так она со мной… Одним махом… Раз — и распрощалась…

Главное приключение его жизни, главные отношения его жизни, главная женщина… Всё закончилось, не успев начаться, будто растворилось в воздухе.

«Она не хочет… я ей не нужен… — эти мысли рвали душу на части, а кровь тем временем закипала от дикой, необузданной ярости. — Что там за мужик у нее?!»

Какой нормальный мужик позволит своей бабе вкалывать от зари до зари, при этом даже вещей ей нормальных не купит? Только законченный жлоб… А законченный жлоб Воробушка уж точно не заслуживает. Кстати, вчера она ушла от Глеба к этому жлобу в разодранной одежде, не постеснялась.

«Я определенно должен выяснить, с кем она!»

Недолго думая, Глеб бросился в переводческую комнату, но Адель там уже не было. Схватил пальто и бросился вон из офиса. Спустился и поспешил к троллейбусной остановке, откуда Сафронова обычно уезжала домой, но и там ее не было. Тогда он пошел на парковку, забрался в джип и порулил по известному адресу.

Глеб знал подъезд, номер квартиры, однако впереди его ждал сюрприз. Поди-ка угадай, какой из этих звонков, приделанных к двери коммунальной квартиры, ведет в комнату, где живет Адель?

«Почему она вообще живет в коммуналке?» — задал он себе новый вопрос.

Нажал на первую попавшуюся кнопку, но ничего не произошло, не услышал ни звука. Нажал на вторую, третью — по нолям. Тогда он постучал, и вскоре из квартиры показалась круглая, как шар, старуха.

— Тебе чего? — спросила скрипучим голосом.

— Подскажите, пожалуйста, Адель Сафронова в какой комнате проживает?

— Так нет ее еще, — всплеснула руками та.

— Спасибо, — Глеб кивнул старухе и пошел вниз.

Припарковал машину поближе к подъезду и стал ждать, когда же Воробушек изволит явиться домой. И она изволила минут через сорок, да не одна.

Адель шла домой, держа за руку мальчишку.

— Мама, мама, скоро «Барбоскины»! Можно посмотреть?

«Мама? Мама, мать вашу так?!» — округлил глаза Глеб.

— Поужинай сначала, потом можно, — тем временем отвечала она ребенку.

Пока они подходили, Жаров вытолкал себя из машины, встал у Адель на пути.

— Привет… — протянул осипшим голосом. — Это Борис? — кивнул в сторону ребенка.

Адель кивнула.

— Да.

Глеб громко и шумно выдохнул, окончательно осознав, что соперника у него все-таки нет. И тут в его голове наконец сложились воедино недостающие пазлы загадки по имени «Адель»."

"Многое предстало перед ним в другом свете.