Держи меня крепче (СИ)

А мне хочется, чтобы его ладони легли на плечи, притянули к себе. Но он наблюдает молча и на расстоянии. Начинает снимать с себя одежду. Стаскивает через голову свитер, потом майку, расстёгивает джинсы и высвобождается из них. Мы уже были вместе не раз, мне бы пора перестать стесняться, но я всё равно вздрагиваю, когда он берётся за резинку трусов, но так и не снимает их, заметив моё выражение лица.

— Ты будешь принимать душ одетой? — каждый раз, когда он так ухмыляется, мне хочется приложить к щекам что-нибудь холодное. — Или хочешь понаблюдать, как это буду делать я? Второй вариант тоже ничего, но я предпочёл бы… ох!

Последнее восклицание уже посвящено моему упавшему вниз платью. Спускаю колготы и вдруг замечаю, что руки начинают дрожать. Ну в самом деле…

Было бы проще, если бы он помог, но Максим не помогает. Стоит в метре и смотрит горящими глазами. Хочет, чтобы я разделась сама. А я словно застыла и пошевелиться не могу.

Давай, Нина, ты сама его позвала, ну чего уже смущаться.

Я заламываю руки назад и расстёгиваю защёлку бюстгальтера, стаскиваю с плеч бретели, потом отбрасываю деталь одежды в сторону. Через зеркало замечаю, как горит Максима взгляд, как натянулись желваки на скулах. И мне приятна его такая реакция.

Завожу пальцы под резинку трусиков и стягиваю их вниз, отчётливо слыша за спиной шумный выдох. Максим отворачивается и открывает душевую кабину, включает воду, и мы молча заходим внутрь, закрываясь стеклянной дверцей от всего мира.

Но… ко мне прикасается только вода. Максим стоит очень близко, но и пальцем ко мне не притрагивается. Это сбивает с толку. Расстраивает. Потому что кожа горит от его близости, желание увеличивается в геометрической прогрессии, а желанных рук я так и не ощущаю.

Максим выливает на губку лужицу геля, вспенивает её под струями воды и протягивает мне. В прошлый раз он сам хотел намылить меня. Это было крайне неловко, но он не отступился. Может, поэтому сейчас не предлагает? Даёт мне зону комфорта? Но в нескольких сантиметрах от его мокрого обнажённого тела это не совсем подходящий термин.

Так мы и заканчиваем принимать душ, ни разу друг друга не коснувшись. Я чувствую разочарование. Но сказать об этом вслух не могу. Почему он так поступает? Я же вижу, что он явно возбуждён.

Максим подаёт одно полотенце мне, вторым вытирается и оборачивает себе бёдра. А потом выходит из ванной.

Я смотрю на себя в зеркало и чувствую полнейшую опустошённость внутри. Как? Почему?..

Обхватываю руками себя за плечи. Хочется расплакаться. Но я ведь обещала доверять? Может, так он себя чувствует — не хочет. Уступал ведь, когда я не хотела, боялась. И всё же обидно…

Распускаю волосы по плечам и иду в спальню — нужно одеться. А дальше посмотрим."

"На улице уже вечер, стемнело.