Держи меня крепче

Не волнуйтесь, — снова эта улыбка на миллион. — Спасибо за чай, Светлана Витальевна. Малиновое варенье у вас и правда получилось очень вкусным.

Хорошо, что я спускаюсь первой, и ни мама, ни Максим не видят моего обжигающего щёки румянца.

Глава 31

Мы выходим на улицу, и Максим нажимает кнопку на брелоке, вызывая ответный приветственный сигнал автомобиля у моего подъезда. Жду его у пассажирской двери, пока он складывает сумки в багажник. Поднимаю голову и машу маме, что выглядывает в окно. Она отвечает мне улыбкой, как раз когда Ларинцев распахивает передо мной пассажирскую дверь.

— Ныряй, Пёрышко, — мягко улыбается, а у меня перед глазами вспышками моргает его вчерашний фак, будто он его лично мне показал."

"Сажусь, аккуратно подбирая по краям распахнувшееся пальто, сжимаю ноги, слишком чётко ощущая силиконовые полоски на внутренней стороне резинок чулок. Ну что за чёрт дёрнул меня надеть их? Не так уж и плохо выглядели бы чёрные колготки.

Максим садится за руль, пристёгивается, взглядом отследив и мой пристёгнутый ремень безопасности. Он откидывается в кресле и поворачивает ключ, а потом мягко кладёт ладони на руль. Расслабленно так, будто невзначай. Понимаю, что зависаю на его движениях, отмечая про себя даже мелочи. Рассердившись, отворачиваюсь и уставляюсь в окно, пока машина плавно скатывается с подъездной площадки у моего дома и выезжает через соседний двор на трассу. Не могу расслабиться. Мне кажется, я ощущаю даже малейшие колебания воздуха в салоне, улавливаю знакомый аромат туалетной воды, отмечаю, как Ларинцев слегка покашливает, прочищая горло.

— Это что только что было? — не выдерживаю и поворачиваюсь к Максиму.

— Я уж думал ты и дальше будешь молча злиться, пока весь кислород в салоне не сожжёшь, — он отвечает спокойно, продолжая следить за дорогой.

— Зачем ты приехал? Обязательно было вести себя так перед моей мамой?

Игнорирую его замечание.

— А что я не так сказал ей? — Ларинцев вздёргивает брови и бросает на меня быстрый взгляд, вновь возвращаясь к дороге. — Я же не грубил. Ничего такого.

— Не грубил, но ты вёл себя…

— Как твой парень?

Ну и привычка — заканчивать фразы за других.

— Разве это не логично? В прошлый раз мы ей сказали, что это так.

— Это ты зачем-то сказал.

— Тебе сколько? Двадцать? Двадцать один? А ты до сих пор бледнеешь, когда тебя при маме парень в щёчку чмокнул.

Сердито складываю руки на груди, вперивая взгляд в лобовое. Не его это дело, как я веду себя со своей семьёй.

— Отвезёшь меня в общежитие.

Вижу, что начинает злиттся. Сжимает челюсти, натягивая желваки. В салоне не ощущается, но я замечаю, что редкие деревья на обочине межгородской трассы начинают мелькать быстрее. Разгоняет машину. А я, наверное, совсем инстинкт самосохранения утратила.