Брат, держи удар!

Мол, знай наших…

— Да-да, я понимаю, — закивал он.

Он действительно начал успокаиваться.

— И вообще про нас никому ни слова…

— М-могила…

— Про могилу — это ты правильно сказал… Ну все, короче, сейчас ты выписываешь на меня доверенность. Техпаспорт на машину, ключи — и вали, пока цел…

Они остановились у ближайшего киоска «Роспечати», Лелька купила бланк доверенности. Мужик заполнил его, поставил роспись. Отдал ей техпаспорт. И его как ветром сдуло.

Лелька заняла водительское место. Что ж, машину она отвоевала. Ей и рулить.

— Куда едем? — с деловым видом спросила она.

В специальном гнезде на передней панели Никита увидел сотовый телефон. С перепугу мужик забыл о нем.

— Ты, Лелька, фишку сечешь… Но…

— Что «но»?

— Машину все равно придется поменять…

— Но я же хотела как лучше… — хлюпнула носом Лелька. — Отпустили бы мужика, а он в милицию бы прямиком… А так машина у нас на законных основаниях…

— Какой отсюда вывод? — спросил Валера И сам же себе ответил: — Деньги — сила…

— Открыл Америку… — усмехнулась Лелька.

— Америка не Америка, но проблем у нас масса, — кивнул Никита. — И многие можно решить с помощью денег. Я имею в виду большие деньги. Допустим, полмиллиона долларов…

— К какому банку едем? — едва заметно усмехнулся Валера.

— Не банк, а тайник…

— Обожаю тайники! — оживилась Лелька. — А далеко ехать?.. Или плыть надо?..

— Лететь…

— Куда?

— Отель «Эсперанто», мой кабинет…

Лелька аж поперхнулась. Прокашлялась.

— Ты прикалываешься, да?..

— Может быть… А может, и нет…

В кабинете, в котором сейчас хозяйничала Марта, был тайник. Марта о нем не знала. Но обнаружить его можно. Даже вскрыть. И, возможно, она добралась до сейфа. А в нем ровно пятьсот тысяч — на черный день.

Черные дни для него наступили давно. Но никак не получалось добраться до отеля. Да и сейчас путь туда заказан. Пробиться в свой кабинет можно только силой.

В принципе он сможет пробиться к тайнику. На ради одних денег на это идти не стоило. Слишком велик риск.

Куда больше денег Никиту волновала Марта. Она была нужна ему. Он должен был забрать ее себе…

* * *— Не, ну ты понял, мурло, ты понял! — грохотал Харлам.

Он не мог простить Юрасу, что из-за него он ввязался в эту историю. Это ж надо — его, Харлама, мордой в грязь. И при ком — при пацанах. Да он тому черту с пистолетом ни в жизнь не простит своего унижения.

Только парня того нет. Зато есть Юрас, вот он. Так хотелось на нем отыграться.

— Ты меня подставил под этих козлов! Ты!..

Он махал перед носом Юраса самым настоящим «наганом». Хорошая вещь, только стрелять нельзя. Боек спилен. Но угрожать можно. Как ему самому угрожали.

Юрас был едва жив от страха Но все же вонял:

— Да? Я?.. А кто говорил тебе, что не надо связываться с этим Валерой?..