Деривация.

Под крышкой в специальном фигурном углублении лежала австрийская высокоточная снайперская винтовка 308-го калибра «Штейер-Манлихер» SSG-04 с крученным, словно гигантское сверло, стволом в черном пластиковом ложе. Здесь же был оптический прицел, многопозиционная сошка, магазины и приспособления для чистки и обслуживания. На миг Паша залюбовался этой дорогостоящей винтовкой, вдруг вспомнив, как старина Фрейд как-то изрёк, что человек, не способный созерцать красоту оружия, является носителем недоразвитой психики.

Старшина присвистнул и сказал:

— Просто песня…

— Да Макс, — согласился ротный. — Просто песня… табличный разброс на сто метров — половина угловой минуты.

Винтовка удобно легла в руку, уперлась в плечо. Во всем ощущалась несказанная эргономика, которую во многом определял регулируемый приклад. Насладившись тактильными ощущениями, Паша вернул винтовку в кофр и аккуратно достал оптический прицел. Панкратический прицел переменной кратности с замысловатой прицельной сеткой являл собой настоящее произведение оптического искусства. Шабалин, стараясь не придавать большого усилия, провернул кольцо трансфокатора, наблюдая в прицел изменение параллакса — к этому еще нужно будет привыкнуть…

Во втором кофре была точно такая же винтовка, а в третьем и четвертом находились винтовки 338-го калибра «Штейер-Манлихер» SSG-08 с телескопическими алюминиевыми прикладами. Паша снова поймал себя на мысли, что не может оторвать взгляда от этого оружейного великолепия, стоимость которого он боялся себе даже представить. Такие винтовки уже несколько лет стояли на вооружении специальных подразделений некоторых стран мира и позволяли эффективно поражать живые цели на дальностях до полутора километров — значительно больше, чем могла позволить штатная снайперская винтовка СВДС, находившаяся на вооружении стрелковой роты снайперов.

Насладившись видом европейской оружейной школы, Паша перешел к двум брезентовым чехлам. В них находились тяжелые винтовки отечественного производства — крупнокалиберные АСВКМ — то, о чем так и не сказал ему Федяев. Созданные по принципу «булл-пап» — они имели ребристый ствол, продольно-скользящий затвор и магазин, вмещающий пять 12,7-мм патронов. Сие произведение конструкторской мысли позволяло уничтожать врага на дальности до двух километров, и должно было стать «главным калибром» снайперской роты.

— Боеприпасы? — Паша посмотрел на складского мичмана.

— Вот, — он указал на ящик из-под патронов винтовочного калибра.

Паша раскрыл ящик — там лежало несколько пачек патронов 308 и 338 калибров — всего четыреста — по сто на ствол, и пятьдесят специальных снайперских патронов калибра 12,7 мм.

— Вы что, издеваетесь? — спросил Паша. — Нам этого на одну стрельбу.