Деривация.

А кто по нам стрелять будет — тут видно на пять километров вокруг. Только ПТУР если пустят, но им и здесь нас достанут. А был бы — уже бы достали. Так что, нет оснований мочить штаны раньше времени. Смотри за дорогой!

Очевидно, эти слова немного успокоили водителя и когда машины прошли змейку из бетонных плит, выложенных на дороге в шахматном порядке, прибавил газу и «Тигр» набрал скорость. Вторая машина шла как привязанная.

— Чинар, ответь Тибету, — раздалось из носимой станции начальника разведки.

— Тибет, я Чинар, слышу хорошо, — Игорь схватил тангенту радиостанции.

— Чинар, обозначь себя, — попросила радиостанция.

— От элеватора километр на восток, от «опорника» на юго-восток порядка километра, продолжаю движение в этом направлении в составе группы из двух «Тигров».

— Вижу на дороге две движущиеся машины.

— Это мы и есть. Других не наблюдаю.

— А ну, остановись! — приказал голос в эфире.

— Притормози, — Игорь повернулся к водителю и тот притормозил, останавливаясь.

Пыль обогнала остановившуюся колонну.

— Всё, вижу, — прокомментировал голос действия водителя. — Я над вами, запас времени — сорок минут.

— Тибет, принял. Надеюсь, управимся!

— Это кто? — спросил Паша.

— Винтокрылые собратья, — ответил Барченко.

Паша взялся за ручку и открыл верхний люк. Надев боевые очки, он высунулся наружу и осмотрелся: со стороны элеватора к ним приближалась пара боевых вертолетов Ка-52, которые шли на предельно низкой высоте метров в пятнадцать над землей. Крылья «Аллигаторов» были увешаны блоками неуправляемых ракет. До ушей уже доносился своеобразный хлопающий звук присущий вертолетам с соосной схемой размещения несущих винтов.

«Плещут руки винтов синеву по щекам, это боги войны приближаются к нам…» — вдруг Шабалин вспомнил старую «афганскую» песню, которая часто играла в его детстве из отцовского магнитофона.

— Год назад, — сказал Барченко, когда Паша вернулся в салон, — духи сбили здесь вертолет командира 55-го вертолетного полка Ряфагатя Хабибуллина. Так что, этот район вертолетчики «любят особой любовью», и если, не дай бог, сейчас какая-нибудь душманская мразь окажет нам сопротивление, ты увидишь всю мощь огня армейской авиации…

В это время машины уже подходили к месту нанесения бомбового удара.

— Чинар, я Тибет. Вокруг всё чисто, — доложило «небо».

— Принял, работаем! — отозвался Игорь.

— Куда? — спросил водитель.

— К руинам, — Барченко махнул ладонью.

Впереди что-то горело, были видны останки строения, по округе валялась масса обломков. Машина остановилась перед воронкой немалых размеров — происхождение которой не оставляло ни у кого никаких сомнений.

Из машин выбрались Барченко, Шабалин, Стешин и четверо снайперов с автоматами в руках.