Деривация.

Там садыки не могут нормальное минное поле перед собой поставить. От этого и все беды…

— Кто там болтает? — генерал повернулся лицом к Чинару, который тут же встал.

— Товарищ генерал, мы уже три рапорта на штаб группировки написали, чтобы нам выделили инженеров для обустройства минного поля, но инженерная рота вся на другом направлении задействована. Приказано ждать.

— Вы пока будете ждать, духи спокойно через элеватор ходят, и до нас дойдут в одну прекрасную ночь. И всем тут головы поотрезают!

Тут генерал увидел Шабалина.

— О, Шабалин! А ты чего там, молодец такой, притих и молчишь, как не родной?

Паша поднялся, не зная, что сказать.

— Так мне приказ на направление туда снайперов только сегодня обещали. Группа готова…"

"— Ты, помнится, в военном училище, лучше всех инженерное дело знал, если мне память не изменяет!

— Не изменяет, товарищ генерал, — Паша выдохнул. — Я же до училища срочку и контракт в инженерно-саперном полку служил, и имею допуска на все виды минно-подрывных работ. Вроде, еще не забыл, как с минами обращаться…

Нахвалив себя, Паша вдруг прикусил язык, осознав, что в эту минуту он многократно добавил себе головной боли, тогда как еще то, что навалилось ранее, разгрести в обозримом будущем не представлялось возможным — а тут, после этого бахвальства, ему явно еще добавят особо важных задач, не решив которые ты, по мнению верхнего руководства, автоматически становишься военным преступником и вообще предателем Родины.

— Вот и отлично, — возрадовался дядя Лёша. — Не отменяя приказ на выделение снайперской группы, предлагаю тебе заняться минированием дороги и подступов. Я уверен — ты справишься!

— Так точно, — ответил Шабалин. — Справлюсь! Разрешите узнать, какое имеется минно-подрывное вооружение?

— Всё там, на элеваторе, — отмахнулся генерал, для себя уже решив эту проблему и поставив на ней точку.

— Есть, — отчеканил Паша. — Разрешите садиться?

Генерал махнул рукой и Паша сел.

— Ты прямо наш спаситель, — тихо шепнул ему Барченко. — Не загордись…

— Зависть — дело неблагодарное, — дерзнул Шабалин.

В это время оперативный дежурный по группировке начал докладывать о происшествиях за ночь, упомянув о попытке прорыва боевиков на элеваторе и стрельбе со стороны шестого штурмового отряда. Командир отряда Женя Колмыков был тут же, на совещании, но поднимать его и требовать от «частника» объяснений генерал, почему-то, не стал.

После совещания Паша подошел к нему поздороваться.

— Что там за стрельба у вас была? — спросил Шабалин.

— Заметили движение, — ответил Женя, — открыли огонь из пулемета и снайперской винтовки. Наблюдали поражение минимум двух целей. А твои посты, как я смотрю, ночью веселить себя ничем не стали?

— В смысле? — не понял Паша.