Деревенщина в Пекине 4

— Лет триста назад основным средством производства была земля, — продолжает импровизированную лекцию вьетнамка, наливая себе чай. — На ней работали крестьяне, потом участки сдавали в аренду. Затем промышленный завод площадью с эту комнату стал приносить в год прибыли значительно больше, чем восемьсот гектаров пахотной земли. Земледелие всегда было рискованным делом — никогда не угадаешь, уродит урожай или нет. То наводнение, то засуха погубит всё. А завод функционирует стабильно в любую погоду и время года. Потом к земле добавились машины и надёжные источники энергии.

— Можешь не читать мне лекции про теорию первичного накопления капитала, — перебивает Лян Вэй.

— Да я уже практически закончила, — спокойно отвечает До Тхи Чанг. — Четвёртый этап эволюции средств производства — это финансовый капитал. Как средство производства. В семидесятых годах двадцатого века произошла масштабная интернационализация финансового капитала, тогда же были сделаны первые решающие шаги так называемой глобализации международного разделения труда. Иными словами — миллион долларов стал функционировать как самостоятельный завод или фабрика. У тебя нет собственного дела, куда бы ты мог их грамотно влить и эффективно распорядиться для получения прироста.

— Ты же не думаешь всерьёз, что я планирую их спустить на ветер?

— Нет, не думаю, — она качает головой. — Но в лучшем случае твоего нынешнего уровня финансовой компетентности хватит только на то, чтобы накупить недвижимости или ещё какие-то материальные ценности, которые не потеряют в стоимости в ближайшие несколько десятков лет. При условии, что тебе удастся скрыть происхождение этих денег от государства, что тоже нелегко.

Держа в руках чашку с чаем, вьетнамка устраивается в том же кресле, где ранее сидела Ли Миньюэ.

— Этими деньгами со мной рассчитались люди, которые вхожи в центральный комитет. Благодарность за оказанную помощь. Они прямо сказали, что таким образом закрывают свой долг перед высшими силами и восстанавливают мировой баланс. Как-то так это звучало.

— Ага, медвежья услуга, — с иронией бросает До Тхи Чанг. — Они, конечно, заработали себе очки перед высшими силами, в которых так искренне верят, но давать нищему миллион долларов — идея так себе.

— Разве я нищий?

— Повторяю ещё раз: у тебя отсутствует необходимая инфраструктура, чтобы куда-то разумно их направить, — вздыхает она. — Если объяснить совсем простыми словами — тебе внезапно подарили семьсот коров лучшего качества. Знаешь, сколько стоит одна?

— Понятия не имею.

— В среднем две тысячи долларов за голову там, откуда мы организуем поставки мяса в Китай. И по местным меркам это считается средним по размеру стадом, которое обслуживает обычная семья — отец и трое взрослых сыновей.