Деревенщина в Пекине 2

— Возможно, мне скоро придётся бросить университет и даже уехать из страны!

— Япин, послушай меня, — бойфренд осторожно отводит руки возлюбленной от лица и заглядывает в покрасневшие глаза. — Сейчас уже совсем другие времена, не то что раньше. Культурная революция давным-давно закончилась, дети больше не отвечают за поступки родителей. Постарайся успокоиться. Расскажи лучше, кто эти люди, которые угрожают твоей семье?

— Я не знаю! — Ван Япин беспомощно качает головой, и слёзы вновь начинают струиться по её щекам. — Отец сказал только, что это кто-то сверху. У них достаточно власти, чтобы устроить бесконечные проверки — налоговая, строительный комитет, и всё в таком духе. Сначала они создадут проблемы отцу, а потом доберутся и до меня!

— Подожди, не надо паниковать раньше времени, никто тебя не тронет. Скажи, отец ведь уже оплатил твоё обучение, верно? С этим-то хотя бы проблем не будет?

— Ты же помнишь, что он урезал мне траты и за их счёт оплачивает обучения, — вытирая слёзы отвечает Ван Япин.

— Ну вот видишь, уже легче, — ободряюще улыбается бойфренд. — Как-нибудь справимся. Знаешь, я никогда тебе не рассказывал, но мои прабабушка с прадедушкой когда-то вообще одну ложку риса на четверых делили, и двух яиц на ужин хватало. Если уж в те времена люди как-то выживали, то сейчас и подавно не пропадём.

— Ты вообще ничего не понимаешь! — неожиданно вскидывается Ван Япин, яростно отталкивая парня. Её глаза вновь наполняются слезами, но теперь в них пылает гнев. — Знала ведь, что не стоило с тобой делиться! Я тут с ума схожу от страха и беспокойства, а ты несёшь какую-то чушь про ложку риса! Я так жить не хочу! Врезать бы тебе сейчас!

— Япин, постой… — растерянно произносит Хоу Ган, глядя на разъярённую девушку. Внезапно в его взгляде мелькает понимание. — Знаешь, у меня такое чувство, что ты меня на самом деле не любишь. Ведь когда есть настоящие чувства, люди прощают недостатки друг друга, иногда даже восхищаются ими. А если любви нет, то раздражает буквально всё, даже достоинства. Скажи честно, ты ведь ничего ко мне не испытываешь, так?

— Да какая теперь разница? — бросает Ван Япин, скрещивая руки на груди. — Ты и сам без памяти в меня влюблён, у тебя уже самая настоящая зависимость. Так что никуда ты от меня не денешься, даже если захочешь. И вообще, прежде чем задавать такие вопросы, подумай хорошенько, многие ли твои знакомые вступали в брак по обоюдной любви?

Хоу тяжело вздыхает и вновь притягивает девушку к себе. Ему больно признаваться самому себе, но она права — он уже не представляет своей жизни без неё, какими бы ни были ответные чувства.

— Я поговорю с родителями. Конечно, это не тот уровень связей, которым обладают военные или партийное руководство.