Самый трудный день

Вместо перкаля в конструкции применялся кевлар, вместо деревянного шпона – превосходящий его по прочности и значительно более легкий композитный материал, а топливный бак получил противопожарную защиту за счет использования выхлопа двигателя. Путем несложной модернизации двигателя М-11 до уровня М-11ФР, устанавливавшегося на учебные самолеты Як-18, его мощность довели до 160 лошадиных сил. Сэкономленный вес и дополнительная мощность двигателя были использованы для увеличения полезной нагрузки. Модернизированный У-2 мог нести до двухсот килограммов бомб или шесть реактивных снарядов РС-132 с косо поставленным оперением. Выкрашенные в матово-черный цвет, У-2 были невидимы на фоне ночного неба.

После выволочки, которую Сталин устроил наркому авиационной промышленности Шахурину, на советских заводах было развернуто серийное производство автожиров А-7 в бомбоштурмовом варианте, конструкции молодого инженера Камова. Развернулась бурная деятельность, какая обычно бывает в России после того, как высокое начальство получит «фитиль». И к 22 июня 1941 года в войсках на западной границе находилось уже более пятисот таких машин, вооруженных двумя пулеметами винтовочного калибра и способных нести до четырехсот килограммов бомб или до восьми реактивных снарядов РС-132.

Автожир обладал несколько меньшей дальностью полета, чем У-2, но зато более высокой максимальной скоростью, вдвое большей бомбовой нагрузкой, и требовал небольшие взлетно-посадочные полосы. Иногда, при сильном встречном ветре, он мог садиться и взлетать практически вертикально, почти как вертолет.

У самолета У-2 перед автожиром было лишь одно преимущество – простота управления и конструкция, снисходительно относящаяся к ошибкам пилота. Например, его было почти невозможно ввести в штопор. Если летчик вдруг бросит ручку управления и сектор газа, то самолет сам спланирует до земли и совершит посадку, лишь бы поверхность оказалась минимально приемлемой для посадки и ровной. Таким образом, любой выпускник аэроклуба при минимальной подготовке к ночным полетам и бомбоштурмовым ударам мог стать пилотом боевого У-2. А такого контингента в предвоенном СССР усилиями нескольких десятков аэроклубов ОСОАВИАХИМа было много. Движение «Комсомолец – на самолет» было массовым, и казалось, что вся страна готова подняться на крыло.

Сбить У-2 немецким истребителям было не так-то просто, потому что его максимальная скорость была меньше скорости сваливания в штопор для Ме-109. Да и сами «эксперты» люфтваффе весьма неуютно чувствуют себя на предельно малых высотах, на которых обычно летают У-2. Стоило им только на мгновение зевнуть – и здравствуй, дерево или земля.