Самый трудный день

И это без какого-либо положительного результата…

– Но, мой фюрер, – попробовал оправдаться Кейтель, – результат есть. 1-й, 2-й и 3-й танковым группам, следуя плану «Барбаросса», удалось вклиниться на русскую территорию на три-пять километров, потеснив при этом отчаянно сопротивляющиеся большевистские войска. 4-я танковая группа генерала Гепнера пока ведет тяжелые бои с русскими фанатиками на линии границы, но я уверен…

– Вы что, полный идиот, Кейтель?! – брызгая слюной, прокричал фюрер в лицо генерал-фельдмаршалу. – Продвижение в течение одного дня на несколько километров вы называете успехом?! Как вы смеете обманывать меня, старого солдата еще той, Великой войны?! А вы знаете, какие страшные потери понесли наши войска ради достижения этого, как вы выразились, успеха? Вы знаете, сколько потеряно танков и боевых самолетов, сколько погибло храбрых немецких солдат и офицеров? Пролились реки германской крови, и все ради того, чтобы вы всего лишь смогли слегка поцарапать русского медведя."

"Ну, нет, так дело не пойдет! С этого момента я лично возглавлю нашу победоносную германскую армию, а вы, Кейтель, отправляйтесь в Варшаву вместо несчастного фон Бока, погибшего под русскими бомбами на своем посту. Соберите в кулак все силы и нанесите смертельный удар по большевикам, сокрушив их сопротивление, и одержите победу, которая смыла бы с немецкого солдата позор неудач первого дня этой войны. А теперь идите вон, Кейтель, я не желаю вас больше видеть. Или вы добьетесь успеха, или вы вслед за Канарисом отправитесь в одиночную камеру Моабитской тюрьмы. Выбор за вами!

22 июня 1941 года, 18:35. Г. Владимир-Волынский, НП 87-й стрелковой дивизии РККАСолнце, уже изрядно утомившееся от самого длинного дня в году, клонилось к закату, до которого оставалось еще не меньше трех часов. Сейчас, к исходу дня, напряжение яростных боев немного утихло, и выехавший на передовую для того, чтобы все увидеть собственными глазами, командующий 5-й армией генерал-майор танковых войск Михаил Потапов мог обозреть поле боя 87-й дивизии РККА, укрепившейся в недостроенном Владимир-Волынском УРе и усиленной противотанковой самоходной бригадой РГК, с 3-м моторизованным корпусом немцев, состоящим из 14-й танковой, 44-й и 298-й пехотной дивизий вермахта.

Как танкист, генерал-майор прекрасно понимал важность этой позиции, через которую проходила одна из магистральных дорог через Владимир-Волынский, Луцк, Ровно, Новоград-Волынский и Житомир, ведущая прямо к Киеву.