Двойной латте в дождливый день

Его зрачки почти полностью поглотили серую радужку, превращая его глаза в темные бездонные омуты. Его обжигающее дыхание опаляло мою голую грудь. – Ты невероятно красивая, Айви. Самая красивая.

Рэйден снова поцеловал меня, обняв за талию, но не торопился касаться руками груди. Он снова давал мне время привыкнуть к новым ощущениям. От соприкосновения наших голых тел у меня закружилась голова, а внизу живота сладко ныло. Я невольно задвигала тазом, заставляя Рэйдена напрячься.

– Ты сводишь меня с ума, Айви, – простонал он и резко перевернулся, подмяв меня под себя. Я оказалась на подушке, и Рэйден навис надо мной, удерживая часть веса на локте. Он медленно наклонился, провел кончиком носа по ложбинке на груди и глубоко вдохнул. – Ты так вкусно пахнешь.

Он осторожно накрыл ладонью, такой горячей и мягкой, мою левую грудь, и я закусила губу, пытаясь заглушить стон. Он обвел подушечкой пальца ореолу, заставляя мое дыхание срываться. Когда его губы коснулись другой груди, а язык задел затвердевший сосок, у меня перед глазами на миг все потемнело. Я запустила пальцы ему в волосы и невольно выгнула спину навстречу умелым ласкам. Мои частые стоны сменялись всхлипами и тихими криками, пока он касался меня руками и губами по-особенному сладко.

Я больше не стеснялась своей наготы. Когда Рэйден проник пальцами под резинку трусов, я не замерла, не напряглась, как случалось в другие моменты близости, – была полностью поглощена собственным удовольствием, а мое тело требовало большего.

– Ты не против? – спросил он, оторвавшись от моей груди, и стиснул белье так, словно хотел разорвать.

– Сними, – шепнула я, и уже в следующий момент лоскут черной ткани валялся на полу рядом с футболкой и рубашкой, а Рэйден внимательно изучал каждый дюйм моего тела.

– Мне надо записаться в зал, – неловко сказала я, с трудом удерживая себя от того, чтобы не прикрыть руками рыхлый животик, которого не было заметно под трусами. – А то набрала в весе.

Он покачал головой и тяжело сглотнул, отчего его кадык дернулся.

– Тебе ничего не нужно делать, ты вся прекрасна.

– У меня есть живот.

– Самый восхитительный и аппетитный животик во всех Штатах.

Рэйден ласково улыбнулся и начал осыпать кожу поцелуями, постепенно спускаясь все ниже и ниже. Когда он достиг чувствительной точки и стал ласкать меня между бедер то напористо, то нежно, громкий стон, сорвавшийся с моих губ, заполнил всю комнату. Пальцами одной руки я сминала простынь, а другой зарылась в волосы Рэйдена, думая, что познала вершину блаженства. Но когда он накрыл одну грудь ладонью и осторожно проник в меня пальцами, перед глазами замерцали звезды, как будто праздничный фейерверк взорвался прямо в комнате.

Тело больше не подчинялось мне.