День «Б»

— Я наблюдал за второй группой англичан, — спокойно произнес Рихтер. — Они явно изучали Дом правительства. Делали это скрытно, зайдя в магазин в доме напротив. Потом сидели в привокзальной пивной. У вокзала были остановлены и проверены патрулем, который никаких претензий к ним не высказал.

— А моя группа, — подхватил Крутиков, — шлялась вокруг здания НКВД на Советской, затем направилась к Дому Красной Армии. А потом зачем-то не меньше двадцати минут бродила вокруг ничем не примечательного двухэтажного дома на Революционной. Дом как дом, по виду жилой. Немцы никакого внимания на это не обращали. У них головы сейчас не о том болят, по-моему…

— Жилой дом на Революционной? — недоуменно переспросил Соколов. — Может, там штаб, арсенал или местное военное казначейство?

— Не думаю, — помотал головой Крутиков, — такие объекты фрицы хорошо охраняют, да и вывеска висела бы. А там особой охраны я что-то не приметил. Ну, стояла пара солдат, и всё… Так что — загадка.

— Разрешите, товарищ капитан? — нерешительно спросил Плескачевский.

— Давай, Костя, — поощрительно кивнул Соколов.

— Не знаю, о каком доме идет речь, — так же нерешительно заговорил лейтенант, — Революционная улица довольно длинная, но на ней с 1938 года размещался Дом Радио. Республиканская радиостанция имени Совнаркома БССР…

— А ты откуда знаешь? — подозрительно поинтересовался Крутиков.

— Так я же минчанин! — улыбнулся Плескачевский. — Мы до войны на Садовой улице жили.

— А сейчас в твоем доме что? — спросил Рихтер.

— Ничего, — вздохнул лейтенант, — там вся улица еще в июне 1941-го под бомбами сгорела… Просто пустырь. Я сходил посмотрел — немцы там место под огороды расчистили…

— Погоди, — нетерпеливо прервал воспоминания Соколов, — ты хочешь сказать, что англичане бродили вокруг радиоузла?

— Не знаю, — виновато пожал плечами лейтенант, — я ж не знаю, как тот дом, которым они интересовались, выглядит.

— Да обыкновенно выглядит, — махнул рукой Крутиков, — двухэтажный, каменный, желтый. Расположен в одном квартале от Немиги…

— Ну точно! — обрадовался лейтенант. — Дом Радио и есть!

— Ага, ага… — задумчиво протянул капитан. — Дом Радио… Это уже горячо. Даже, я бы сказал, обжигает!..

— Чего там обжигает? — недовольно спросил Крутиков. — Немцы небось раскурочили и вывезли в Германию все оборудование этой радиостанции и сделали это еще года три назад…

— Верно, — поддакнул Рихтер, — я даже слышал, что белорусское радио теперь вещает с территории РСФСР."

"— И что? — неожиданно вступил в разговор Чёткин. — Вывезли-то, может, и вывезли, но один передатчик у них в Минске точно остался! Пропаганду-то им надо вести среди людей?..

— Какую пропаганду? — усмехнулся Крутиков.