Рабыня демонов в академии магии

Пока у хозяина хорошее настроение, надо пользоваться моментом.

— А разве это неправда? — осторожно спросила она.

— Неа. Это ди Форкалонен пустил слух. Равендорф тогда завалил его на экзамене, ну Раум и отомстил. Вот же хитрая сволочь мой кузен, а? — в голосе Дэмиана зазвучало восхищение.

Тася даже споткнулась.

— То есть профессора оклеветали? — с детским негодованием спросила она.

— Ага, — демон широко ухмыльнулся. — Забавно смотреть, как молодые дурехи всему верят и шарахаются от него. А иные наоборот начинают вешаться, — он ущипнул девушку за попку. — Вот ты жалуешься на мою плетку, а другие только и мечтают, чтобы их как следует отшлепали.

— Ну и шлепали бы других, — под нос проворчала девушка.

Веселое выражение пропало с лица демона, глаза недовольно сузились:

— Что ты сказала, селючка?

До парковки они дошли молча. Уже садясь в машину, Тася подумала, что по-глупому забыла о предосторожностях. Хорошо, что час поздний, студентов в Академии почти не было. Но все же неправильно, что ее видели рядом с ди Небиросом.

— А как же девушка? — спросила она.

— Какая девушка? — Дэмиан достал свой постограф, навороченную модель с позолоченной оправой, и сосредоточенно изучал новые сообщения.

— Которую профессор раздел и выпорол на глазах у всех. Или это тоже слухи?

— А ты про эту дурищу, Селестину, которая себе на одежду пыльцу жгучевика просыпала, перепутав с фейским гломуром? — он хмыкнул. — Занятное было зрелище. Она визжала и прыгала по всей аудитории. Жаль, что проф прекратил потеху и содрал с нее платье. Хотя на сиськи тоже весело было поглазеть. Ничего такие, хорошая двойка.

— То есть профессор спас ей жизнь? — осторожно уточнила Тася.

— Ну, жизнь вряд ли, а вот здоровье точно. От жгучевика такие рубцы остаются, его даже палачи императора для пыток используют, — он, наконец, ответил на последнее сообщение и положил руки на руль. — Поехали развлекаться, селючка!

Тася проснулась от звука открывающейся двери. И сразу же ощутила внизу живота несильную ноющую боль. Хорошо знакомую лет с тринадцати.

— Не притворяйся, ты не спишь.

Армеллин опустился на кровать рядом и откинул с девушки одеяло. Рука демона сжалась на соблазнительной груди, прикрытой полупрозрачным пеньюаром. Пальцы принялись играть с соском, сминая и перекатывая твердую горошинку.

Девушка застонала. Не от возбуждения.

Она все еще думала, как сказать демону о том, что с ней происходит, вернее, будет происходить всего через несколько часов. Он же, наверное, разозлится? Да и обсуждать с мужчиной такую интимную вещь было стыдно. Пусть даже с мужчиной, который не раз видел Тасю в самых непристойных позах и проникал в ее тело всеми возможными способами.