Пять невест и одна демоница

А позаимствовать… я прошлась по этой гардеробной зале. Не то. И снова не то… вот что за мода у них тут была бесчеловечная? Как платье, так на абажуре и даже с виду дико неудобное. Шляпки. Перья. Туфельки, правда, меня очаровали.

Но подошва тоненькая, кожаная, кажется. А верх атласный. В таких только по паркетам и ходить.

– Спасибо, конечно, – я погладила стену. – Ты хотел мне помочь, но… понимаешь… я в этом всем просто утону и…

Я подняла панталоны из тончайшей ткани, украшенные, что кружевом, что жемчугом. Жемчуг на панталонах, надо думать, очень изысканно.

Слишком уж для моей неизбалованной этакою красотой психики.

Замок издал протяжный вздох.

Ага, а за нею и вторая зала, не меньше первой. Это ж… это ж сколько платьев у одного-то человека? Хотя… тут они попроще, что ли? Никаких тебе абажуров. Наоборот, скорее. Прямой силуэт и ткани другие. Совсем другие. Скажем так, если поднять платье и посмотреть сквозь него, то… то видно будет неплохо.

Миры разные, а причуды моды одинаковые. Я приложила платье к груди. Чувствую, что в этаком виде я не за демоницу, а за суккуба сойду. Или суккубицу? Как оно правильно?

Или сначала надо что-то под низ надеть?

Не могли же они в самом-то деле вот так, почти нагишом… хотя… вспомнилась мне вдруг история про кисейные панталоны Пушкина*.

Ага, а вот и еще попроще.

Юбки… и платья. Никаких абажуров, никаких полупрозрачных тканей, навевающих совсем не те мысли. Платье стояло чуть в стороне и выглядело простовато. Узкий лиф, длинные рукава и прямая, в пол, юбка. Правда вот ткань… темная, то ли черная, то ли пурпурная, то ли даже лиловая. Мягкая до того, что я прижала её к щеке и замурлыкала от удовольствия.

– А хозяйка против не будет?

Замок вздохнул и в этом мне послышалось эхо печали. А я… я вдруг поняла: не будет. Нет её, хозяйки. И о ней Замок тоскует, пусть и понимает, что не вернуть.

– Прости, – я прижала платье к груди. – Я… я постараюсь аккуратно. И верну. Найду какие-нибудь вещи или попрошу. Точно. Попрошу. В конце концов, раз уж вызвал демоницу, так позаботься о ней.

Себя вдруг стало жаль.

И платье, провисевшее тут… сколько? Давно. Под платьем обнаружилась нижняя рубаха из тонкого гладкого полотна. А вот панталоны были поменьше и не такими убойно-кружевными, да и без жемчугов. Покрутив, я вернула их на место. Нужда нуждой, но чужое нижнее белье носить – это как-то… чересчур.

Да, сегодня же поговорю с Ричардом.

Платье село, словно шито было именно на меня. И хвост под юбками спрятался, приник к ноге и тут же её обвил. А главное, так естественно получилось, будто у меня всю жизнь этот хвост и был.

Чтоб в гардеробной и такой огромной да без зеркал? Но нет, ни одного. Или…

– А зеркало? – поинтересовалась я у замка. И да, тот открыл очередную дверь, стало быть, приглашая. Я же вошла.