Демон внутри меня

Все с той же широкой улыбкой и влажностью моих глаз от непрошенных слез, которая только добавила взгляду необходимого сияния.

– Да, мой господин, – не смотря на формулировку обращения, в моем голосе нет ни капли преклонения. Повиновения. Ничего рабского.

А вот Ясин смотрит на меня совсем иначе – с восхищением, благоговением и любовью.

– Встань, в этом нет нужды, красота моя, – благосклонно просит он, потирая свою густую бороду. Алмас красивый мужчина, но выглядит на все свои сорок пять лет – то ли наличие семи жен, то ли жестокий бизнес влияют на него так – лоб Ясина украшают глубокие горизонтальные морщинки. Они заметны на его лице, несмотря на бронзового цвета кожу.

– В твоем взгляде нет покорности, одно лишь вдохновение. И чистота, – шепчет он, нежно прикладывая руку к моей щеке. Встаю, глядя ему прямо в глаза, и чувствую…что могла бы вертеть этим сильным и могучим мужчиной, как хочу. Если бы я только хотела…но внутри меня нет огня, а если он и жив глубоко в душе, я не чувствую нужды отдать его именно Алмасу.

Но ему позволено смотреть.

– Хоть ты и моя пленница, ты значишь для меня куда больше, чем многие жены, Лейла, – упираюсь губами в его раскрытую ладонь. И резко отворачиваюсь.

– Жду ваших указаний, мой господин. Что на этот раз? – я знаю, что Ясин не приходит ко мне просто так. Обычно он просит…массаж или помочь принять ему ванну.

Звучит противно, но на самом деле…все не так плохо. Он не трогает меня. Кажется, ему моя девственность дороже, чем мне самой. Когда он впервые узнал об этом, он вообще был удивлен тем фактом, что взрослая девушка с запада, может быть невинна.

Находясь в плену Ясина, я чувствую себя японской гейшей – будто продаю свою женственность, а не тело. Я вдохновляю своим присутствием и не позволяю ему ничего лишнего. Я просто жду. Выжидаю того момента, когда смогу попросить его о свободе и знаю, что рано или поздно он не сможет мне отказать. В то же время я боюсь того, что Алмас так зациклится на мне, что никогда не отпустит.

Как бы там ни было, без него я, возможно, и вовсе сейчас не дышала бы. Также, как и моя семья. И все из-за моей скандальности, привычки копаться «в грязном белье» и выливать это на бумагу.

– Я хочу, чтобы ты приняла это, – Ясин показывает на мою кровать, на которой поблескивает шелковая ткань и бриллианты. Очередной костюм для восточного танца – Ясин любит, когда я танцую для него.

Шлюхи – для секса, жены – для общества, такие, как я – для танцев и массажа и развлечения.

– Вы хотите, чтобы я станцевала для вас? Когда? – фальшиво улыбнувшись, я подбегаю к кровати и поднимаю искрящуюся ткань. Закружив по комнате вместе с шелковым нарядом, радостно прижимаю его к груди.

Конечно, я не испытываю и толики радости.