Демон с приданым (СИ)

— Потому что нечего тебе видеть, как пары соединяются, — резко ответили мне и повалили на кровать.

— Я не про то: почему Роли снизу? Он же старше Лиса и Грима, причем вместе взятых, — спросил я, не осознавая еще масштабы катастрофы, которая надо мной нависла.

— В таких истинных триадах, как наши друзья, есть, так скажем, законы. Один, полностью принимающий, — это Лис как омега: навряд ли у него вообще возникнут мысли быть сверху. Второй — это Грим, он альфа и, я тебе скажу, он никогда не ляжет под своих мужей: воспитание не позволит. И Роли — он что-то среднее, он и до парней разницы не делал, так что да, он универсальный: принимает и отдает."

"— А мы? — прищуриваясь, спросил я. — И почему, кстати, рожаю я, ты же тоже можешь выносить?

— Ну, мы… ну, мы как бы же планировали близнецов, и вообще... ну, как бы… а, точно, вспомнил! Ты выбрал цвет для детской, и вообще, ты решил: у Мики будет отдельная спальня или как?

— Херово ты темы переводишь, но мы к этому вернемся, — переворачивая его и садясь ему на бедра, усмехнулся я. — А пока… Секса, между прочим, с недели оплодотворенья из-за твоих страхов не было. Врач разрешил. Намек понят?

Все это я говорил с улыбкой, поглаживая его шею и скользя ладошками по темной из-за загара кожи. Боги старого мира, каким же он соблазнительным стал за последний месяц. Ощущение, что не я, а он беремен; черты его лица стали настолько родными, что мне кажется, я знал каждую деталь. Великолепный запах, присущий лишь ему одному.

— Нарываешься, — усмехнулся демон, притягивая меня к себе за голову.

— Угу, зато так классно. Спасибо.

— За что? — настолько удивлено спросил демон, что я действительно понял, что он не шутит и реально не понимает за что.

— За все это: за рабочих, за работу, за покупки — за все в общем, — утыкаясь носом в его плече, сонно ответил я. Секс отменяется, я спать захотел.

— Да не за что, и если честно, то это все благодаря Лису; друг, я тебе скажу, у тебя очень прямолинейный: мне так стыдно было давно, лет двести назад, когда я во дворце дроу вазу разбил, а вину взял на себя сын правителя.

— Вау, ты даже с такими людьми знаком. И что было потом?

— Потом было стыдно вдвойне, когда я все же пробрался к правителю в спальню и рассказал, что это я ее разбил. Мне тогда было лет пятьдесят. И все...

— Что «все»? — у меня даже сонливость прошла от его слов.

— На королевской спальне навешаны уйма заклятий, плюс, конечно, смертельные. Я их, конечно, видел, но тогда думал, что это просто магические плетения и, отодвигав их, проходил или впитывал в себя. В общем, в той спальне была решена моя судьба: я выжил, а значит, был сильным.