Демон с ошибкой

Купил целое здание, только бы не дать тебе чувствовать самостоятельность хотя бы во время работы.

— Ну а вы-то чего взбеленились из-за этого? — Трезво уточнила я. — К чему это запоздалое чувство вины? Вам все равно не нужна была дерзкая жена. Вы же хотели послушную сломленную девочку, лишенную мечты и собственного мнения, которая будет активно ублажать мужа безо всяких там ""завтраков в постель"" и — как вы там выразились? — ""иллюзий о дурацкой романтике и прочих бреднях на тему высокой любви"".

— Я был глуп, — Он поморщился, словно я сказала что-то неприличное. Ишь, как его собственные слова-то жгут, — И ты… не так меня поняла.

— Типичное оправдание загнанного в угол человека, — я презрительно фыркнула. — Вы правы, я завишу от Гелиана. Даже больше, чем думала. Без него я начиню умирать. Организм отказывает.

— Это самовнушение. Думаю, все было наоборот — ты начала излечиваться от его пагубного влияния. Я уверен, что имел дело с настоящей тобой — спокойной, разумной, профессиональной…

— Несчастной, вялой, лишенной сна и аппетита, — дополнила я. — Спросите у мамы, как она со мной намучилась. До сих пор дома полки ломятся от витаминов, которые она мне покупала. Давайте не будем об этом. Лучше скажите, чего вы в меня вцепились? Я вас не люблю, общих тем для беседы у нас нет, кардинально противоположные точки зрения на жизнь вообще и на семейную жизнь в частности. Стоит ли с учетом этих факторов лезть из кожи вон? Думаю, нет.

Он замолчал, подыскивая достойный ответ, что было нелегко с учетом убийственной точности приведенных мной аргументов.

— Я… не знаю, — он вскочил и нервно запустил пятерню в волосы. — Но когда увидел тебя с ним возле той машины на парковке… что-то сдвинулось в голове. Я понял, насколько сильно ты мне нужна.

— Не верю, Павел Дмитриевич. Вы же умный мужчина, иначе не развили бы бизнес. В вас играет вызов, сиюминутное желание заполучить девушку, ставшую в одночасье неимоверно привлекательной лишь из-за внимания к ней соперника, да еще и такого, как Гелиан.

Я не стала уточнять, какого, чтобы не наносить очередной удар по самооценке. Думаю, он и сам все прекрасно понял.

— Но я могу предложить то, на что он никогда не пойдет, — Наконец, шеф решил выложить козыри, проигнорировав основной довод.

— И что же это?

— Независимость. Например, ты могла бы войти в число партнеров нашей фирмы и получать процент от общей прибыли, — Огорошил Павел Дмитриевич."

"Я выпала в осадок. То, что он предлагал, было немыслимо. Слишком щедро, даже с учетом возникшей мании шефа по поводу меня. Ему же не пятнадцать лет, когда половое созревание накладывает явный отпечаток на все решения. Да будь он таким идиотом, давно разорился бы. Не верю. Должна быть другая причина… и она есть.