Демон с ошибкой

Раньше суккуб так не делал, видимо, наказывает за побег…

Пока я, воя от отчаяния, думала таким образом, он избавился от энцефалитки, кофты и, снова закинув меня на плечо, сдернул штаны. Бережно положив мою трясущуюся особу на диван, собрал в охапку одежду, приоткрыл входную дверь и выкинул ее прочь. Затем сказал с удовлетворением:

— Так-то лучше. Как только ребята вернутся, прикажу сжечь эту гадость ко всем чертям.

Потом снова направился ко мне. Я свернулась в клубок и задрожала крупной дрожью. Ну, все. Доигралась девочка. Сейчас он будет ломать тебя своей силой суккуба до тех пор, пока не превратит в рабу, которая будет умолять взять ее снова и снова… проклятый демон.

На этом трагическом моменте сверху обрушилось… нет, не тело самого совершенного человека на земле, как ожидалось. А теплое одеяло, в которое Гелиан меня стремительно завернул.

— Грейся, Медок, — мягко сказал он, и я снова почувствовала его голос, как прикосновение. Словно по моей коже прошлись его пальцы…

Пока я выпутывалась из кокона, суккуб исчез за узкой белой дверью и зашумел там водой. Тут же загудел нагреватель, напоминая, что водопровод в селе — это уже роскошь, а если еще и есть почти горячее водоснабжение, то гостиницу по местным меркам автоматически можно делать пятизвездочной.

Он вынырнул из ванной комнаты и что-то спросил. Я не расслышала, так как была поглощена разглядыванием. Раньше, когда Гелиан постоянно торчал где-то поблизости, его красота не воздействовала на меня так остро. А после долгой разлуки, я несколько размякла на деревенских ловеласах, вроде Якова. Поэтому просто не могла отвести глаз. Закатанные рукава обнажали сильные руки в капельках воды, которые хотелось слизнуть. Чертова рубашка скрывала слишком много. Ненавижу ее за это… хочу порвать гадину в клочья. Она не смеет касаться этого тела. Моего тела. О, дьявол… опять началось… магия суккуба отвратительна. Его темный грешный взгляд прошелся шелковистым мехом по обнаженной коже. Что он спрашивает? Я на все согласна…

— Есть, говорю, хочешь? — В третий раз повторил Гелиан, с дьявольской усмешкой следя за моей реакцией.

— Нет, — из вредности буркнула я.

— А придется, — заключил суккуб, легко раскусив ложь.

— Зачем? — Не сбегу, так хоть нервы помотаю.

— Чтобы были силы, Медок, — Объяснил он, нарочно приближаясь ко мне, словно маньяк в подворотне. Ох, а я и забыла, что его лучше не дразнить… — Ведь я оч-чень голоден. И речь идет не про еду.

— Сволочь, — мне оставалось только шипеть из-под одеяла. — Ты меня не тронешь.

— Не трону, — согласился он. — Только трахну как следует так, чтобы неделю не могла нормально ходить."

"Я пискнула в ужасе и заткнулась. Страшнее угрозы и быть не могло. Потому что все тело свела судорога предвкушения. Твою ж… Ненавижу.