Демон плюс

Нюхать придется, уж извини – иначе какая же ты рок– звезда? Всего через полвека без наличия «дорожки» вместе со стодолларовой банкнотой в Нью-Йорке на приличную тусовку не пустят. ЛСД тоже сойдет. Ты даже про него песню сочинишь.

– И ее будут слушать? – всерьез усомнился Джон Леннон.

– И не только ее, – засмеялся Шеф. – Я же говорю – в обмен за свою ничтожную душу ты получаешь такой отвязный сервис, какого нет даже на Пхукете. Твоя музыка станет эталоном, ты получишь армию фанаток. Можешь записать все, что угодно, хоть диск телефонной болтовни с приятелем – отвечаю, он займет первое место в мировых хит-парадах. Тысячи одних девушек порежут вены в приступах безответной любви к тебе, а другие испытают свой первый оргазм на твоих концертах. Но ты будешь холоден и неприступен. Может, лишь парочку девиц и трахнешь из милости.

– Клево, – выдохнул клиент. – И потом я женюсь на королеве красоты?

– Ээээ… не совсем, – остудил его пыл Шеф. – Твоей второй женой станет довольно страшная художница– японка, старше тебя на целых шесть лет.

– Это и есть плата за продажу души? – вздрогнул Леннон. – Как жестоко…

– Я тут ни при чем, – рассмеялся Шеф. – Фишка в том, что ты сам этого захочешь! Испробовав все на свете, посчитаешь такой брак экстравагантной штучкой. Голыми станете для дисков фотографироваться… Да и не только.

– Я все еще в раздумьях, – колебался Леннон, выжимая кровь из разреза. – Сколько времени бренчим на гитарах: все бесполезно. Имеется у нас такая песенка – Love me do, два притопа, два прихлопа, каждый вечер со сцены в баре играем. Неужели она вынесет девицам мозги? Или, есть еще задумка – спеть балладу… чтоб за душу брала… ля– ля, тополя, как классно вчера было у меня… и все проблемы испарились… ту-ру-ту-тууу… неужели покатит?

– Друг, – радушно сказал Шеф, повернувшись на хлипкой табуретке, – разуй глаза. Да люди и спустя сорок лет обревутся белугой, слушая музычку, которую ты мне сейчас напел. Одних кавер– версий с тысячу штук наделают. Тебе скучно станет. Напиши вот что угодно – тут же автоматически хитом сделается.

– У меня дыхание перехватило, – с горловым свистом признался Леннон. – Но почему именно я? Ведь все молодые группы мечтают о славе… и каждая готова продать душу за успех. Почему же вы явились ко мне лично?

– Хватит болтать, у тебя кровь свернулась, – протянул ему контракт Шеф. – Можешь сравнить нынешнее действо с лотереей. В нее играют все, а выигрывают единицы – в этом и смысл проведения лотерей. Если бы ты читал «Республику Шкид», то не задавал бы подобных вопросов. Я отбираю только лучшие души из тех, что мне предлагают – душа эстетического таланта в личном владении всегда интереснее, нежели сердце дворника.