Демон

Подул ветер, который встрепал волосы вампира, а потом я увидела, как сжимаются его мускулы, седеют волосы, а кожа тлеет. Прошло несколько секунд, прежде чем передо мной стоял фактический скелет. Это был уже не один из тех разлагающихся монстров, восставших из гробниц, которых я видела на дороге. Теперь я действительно верила возрасту вампира.

– Вот тебе правда, – произнёс Нерих, но я не узнала этого голоса: он состарился на столько же, насколько состарилось его тело.

– Неужели… когда-то я тоже стану…

– Никогда, – ответил мне вампир. – Ты не станешь вампиром никогда. Ты получила наши силы… наш запах, поэтому вампиры не пытаются больше закусить тобой, но ты не стала одной из нас. Все те, кто среди нас – перворождённые и их потомки. Среди нас нет обращённых.

– Почему?

– Одно дело быть вампиром – другое стать им. Ты всегда имела выбор, и ты всегда будешь его иметь. Стать вампиром – значит потерять всё.

Нерих сделал шаг в сторону и прижался лбом к стене. Ткани кожи начали восстанавливаться.

– Обернись, – решилась я, но вампир по-прежнему стоял ко мне спиной.

– Нерих…

– Безлунная ночь – миг в жизни вампира, когда он может отразиться в зеркале таким, какой он есть. Зачем тебе видеть то, чего страшусь видеть я сам?

Наконец он смог обернуться ко мне, и я увидела яркие голубые глаза, которые постепенно окрасились в багровый цвет.

– Кто же тогда Жар?

– Наконец-то ты задала правильный вопрос.

Напротив меня стоял всё тот же вампир, будто и не было только что этой жуткой трансформации.

– В моём братце течёт кровь демона. Я вздрогнула.

Нет, это просто невероятно. Обитатели Маньяны – самые злобные существа нашего мира. Они не имеют сердца, чувств… Они не живут – они существуют, продав свои души властителю ада. Безразличие, холод, скорость, которая на шаг опережает скорость вампиров – всё это впитал в себя король Фанории.

– Что ему от меня надо?

Нерих внимательно посмотрел мне в глаза, а потом неспешно двинулся к выходу.

– Нерих, – окликнула я его. Вампир дошёл до двери и там остановился, полуобернувшись ко мне.

– Ещё не время. Дверь захлопнулась за его спиной.

– Как вы все меня достали! – сплюнула я, усаживаясь на трон королевы Фанории.

Внезапно послышался какой-то шорох, и я увидела просунувшуюся в окно полуистлевшую руку.

Я сглотнула и перевела взгляд на дверь, прикидывая расстояние возможного марш-броска, нацеленного на спасение жизни и чести королевы вампиров.

Кто-то за окном досадливо взвыл, и рука исчезла, напомнив мне слова советника короля о том, что я получила их силы, поэтому вампиры не пытаются больше закусить мной.

– Вигма… Я обернулась и встретилась глазами с Пулоной, стоящей около двери.

– Прости меня.

– За что? – я посмотрела на неё в искреннем удивлении.