Демон

Зачем жить, если жизнь не принесла ничего, кроме разочарования в самой себе? Моя жизнь пуста, как бочка из-под хмельного напитка, действие которого не долговечно, как и моя жизнь.

Я огляделась по сторонам, но не увидела ничего, что могло бы помочь осуществлению моего замысла, заключающегося в самоубийстве. Тогда взгляд упал на полы моего платья, разодранного по швам и грязного, с неаккуратными прорехами. Я рванула с себя половину юбки и, скрутив в верёвку, подкинула вверх, между прутьями. Передо мной повисли оба конца, которые я связала в петлю и одела себе на шею.

Перед глазами возникло ведение полной луны, которую загородил советник короля вампиров, выпрямившийся во весь рост. Я что-то кричала, а он не слышал, глядя на меня, как на пустое место."

"– Надоело жить? – сказал он холодно. Сказал таким тоном, которого я от него никогда не слышала. Это была не привычная насмешка. Я слышала голос, словно пропитанный насквозь мудростью, пропитанный прожитыми годами. Восемьсот лет жизни на лезвии ножа: один неверный шаг, и эта жизнь оборвётся, но она продолжалась, потому что он жил, не смотря ни на что. – Не слишком ли громко сказано, принцесса? Сколько ты живёшь в этом мире? Сколько радостей в нём познала? Сколько ошибок ты совершила? Сколько трупов переступила? Сколько раз стирала с лица кровь? Сколько раз падала на колени, что бы подняться или ползти, если сил больше не остаётся? – я видела в тот момент отвращение на его лице, которое сменилось удивлением, непониманием и… болью. – Что ты знаешь о предательстве? О судьбе? О жизни и её цене? Что ты знаешь о боли… Надо верить, – его голос стал глуше, словно это говорил уже не он, а слова лились сами, откуда-то из глубины его существа. – Не в судьбу или удачу. Надо верить в свой путь и не обращать внимания на то, куда он ведёт, зная, что ты найдёшь в себе силы преодолеть любые преграды. Смотреть на жизнь с усмешкой, всё равно из неё живой не выберешься. Смерть – беспощадный игрок.

Я упала на колени. Петля, скользнув по моей шее, не желая отпускать свою заложницу, всю же осталась ни с чем. Я усмехнулась губами, на которых медленно засыхала кровь. Моё сумасшествие продолжается. В час своей смерти я думаю о Нерихе. О том, кого считала врагом, а теперь… кто он? То он кровожадный вампир, то человек, сожалеющей о своей сущности: «Безлунная ночь даёт не только твой истинный облик, она будто даёт напрокат душу. На один день. И это приводит их в упоение. А мне надоело. Мне горько от этого».

Если подумать, за что я его ненавидела? Ненависть началась с убийства эльфёнка. А Нерих сказал, что тот эльфёнок был шпионом демонов. Но ведь я сама видела шпиона, правда, человека… Во мне всего лишь взыграли чувства родства. Они могла остыть, но подогрелись ритуалом бракосочетания.