Демон на одну ночь

И калейдоскопом завертелись сопутствующие обрывки фраз: поля агрокомплексов, колорадские жуки, помощь Элсинэля...

И под шквал аплодисментов, наблюдая обмен притворно любезными улыбками между повелителем эльфов и главой демонов, Аманда сообразила, откуда росли ноги у пресловутой проблемы магистралей, да и у проблемы нашествия вредителей на посевы. Как говорится, у всякой шумихи тихие дирижёры.

Вот это тот самый случай, когда приходится вспоминать, что психология отношений – штука тонкая? Что мужчины порой поступают глупо лишь на том основании, что они мужчины?! Мальчишки сопливые, чтоб ей вампиры всю кровь выпили! Столетия прожили, мудрости так и не нажили. Игры у них, соревнования затеяли! Скольким людям нервы потрепали, сколько солидных людей от важных дел отвлекли! Почему при всяком объявлении о своей помолвке она так зла? Ей однозначно противопоказаны помолвки – на них она вечно мечтает придушить демонического графа, причём независимо от того, он ли является женихом. Надо бы профилактические разъяснительные работы провести и позаботиться о том, чтобы у будущего мужа оставалось поменьше времени и сил на подобные забавы. Например, расстройство желудка очень ограничивает активность передвижений, а непрерывное заикание парализует процесс деловых переговоров, затягивая их настолько, что на глупости и минуты не остаётся.

Однако умение держать лицо тренируется заранее как раз для того, чтобы мило хлопать ресничками и протягивать для поцелуя руку именно в те моменты, когда страшно хочется немного перевоспитать обнимающего тебя высшего демона. Она ни слова не сказала, когда Габриэль официально объявил об их намерении сочетаться браком, – она улыбалась. Когда они переходили от гостей к гостям, принимая поздравления, она тоже улыбалась. Когда мастер города говорил им самые прочувствованные слова – она улыбалась. И когда они присели за накрытый стол с фруктами, напитками и сладостями, она широко улыбнулась. Габриэль периодически вздыхал, нервно на неё поглядывал, но людный приём – не место для сугубо личных разговоров. К ним за столиком присоединились судья Кэмпбелл с адвокатом Мэнс, и шанс прямо объясниться здесь и сейчас был безнадёжно утрачен. Вот и прекрасно, она же виртуоз доходчивых намёков.

– Надо же, я буду дружна с графиней, – рассмеялась Вэл, горячо обняв её и не заметив искрящего напряжения между помолвленными лицами. – Тебя теперь придётся очень долго полностью именовать: графиня де Лорье дю Кюи де Суассон.

– Меня устроит краткое ""графиня де Суассон"", – проворковала Аманда и подхватила на колени своего котёнка. – Почему не Лорье? Видишь ли, о графинях Лорье история токсикологии как-то умалчивает, а вот графиня де Суассон была в своё время довольно известной личностью.