Дремлющий демон Декстера

 — Возвращенный долг — благословение для всех нас, дитя мое.

— В таком случае нет ли у тебя протокола осмотра того, что нашли сегодня ночью на Олд-Катлер?

Вине откусил огромный кусок рулета. Его губы блестели от глазури.

— М-м-м, — промычал он и проглотил кусок. — Мы чувствуем себя вне игры?

— Если «мы» — это Дебора и я, то да. Я обещал ей посмотреть протокол.

— Вуф, — произнес он с полным ртом рулета. — В эо ашу аш по-о ко-офи.

— Прости меня, хозяин, — сказал я. — Твой язык кажется мне странным.

Он прожевал и проглотил.

— Я сказал, что в этот раз у нас по крайней мере полно крови. Но ты опять в пролете. Делом уже занимается Брэдли.

— Я могу посмотреть дело? Он снова откусил.

— Он был е-ё ыой…

— Совершенно верно, согласен. А теперь по-английски. Вине снова проглотил.

— Я говорю, он был еще живой, когда ему отрезали ногу.

— Человеческие существа такие жизнерадостные, не так ли?

Вине взял со стола дело и протянул мне, одновременно откусывая огромный кусок рулета. Я схватил папку.

— Я пошел, — сказал я, — пока ты снова не попытаешься говорить.

Он вынул рулет изо рта.

— Слишком поздно."

"Я медленно шел к своей маленькой кубической конуре, просматривая содержание папки. Эрвасио Сезар Мартес обнаружил тело. Его заявлением начиналась папка. Он служит охранником в «Саго секьюрити системз». Работает на них уже четырнадцать месяцев, у него нет криминального прошлого. Мартес нашел тело примерно в 10.17 вечера и немедленно произвел быстрый осмотр местности, и только потом вызвал полицию. Он сам хотел поймать pendejo,[24] который это совершил, потому что никто не должен вообще так поступать, а тут они натворили такого, когда он, Эрвасио, был на дежурстве. Как будто они сделали это с ним самим, понимаете? Вот он и решил поймать чудовище самостоятельно. Но это оказалось невозможным. Ни одного следа злоумышленника не нашлось, нигде, и он вызвал полицию.

Бедняга принял все слишком близко к сердцу. Я разделяю его возмущение. Такая жестокость непозволительна. Конечно, я очень благодарен, что его понятие о чести предоставило мне достаточно времени, чтобы удалиться. Я всегда считал, что в таких случаях мораль не имеет смысла.

Я повернул за угол — в свою маленькую темную комнатку и натолкнулся прямо на детектива Ла Гэрту.

— Ха, — сказала она. — Ты не слишком хорошо выглядишь.

И не сдвинулась с места.

— Я не утренняя пташка, — ответил я. — Все мои биоритмы выключены до полудня.

Она осмотрела меня с расстояния в один дюйм. Потом сказала:

— По мне, это нормально.

Я проскользнул вокруг нее к своему столу.

— Могу я сделать маленькое пожертвование его величеству закону в столь раннее утро?

— У тебя сообщение, — сказала она, уставившись на меня. — На автоответчике.

Я посмотрел на него. Конечно, индикатор мигает.