Проект Деметра

Обстановка далеко не жреческая – меха по полу и стенам, стулья резные, стол, очаг, стойка с мечами…

Посреди комнаты стоял бугай со стянутыми в хвост волосами, бронзовый от загара и хмурый как снеговая туча. Руки в бока, взгляд в лицо найденке. Непонятный взгляд – и растерянный и грозный.

Мужчина шагнул к ней и вдруг присел на корточки, снизу вверх рассматривая во все глаза:

– Мать твою, бабку Вегу, – протянул.

Эра глазами сверкнула и головой мотнула, намекая, что пора бы свою бандану с ее физиономии убрать и нормально поговорить.

Но мужчина, словно не заметил или не понял – перевел ошарашенный взгляд на мужчин, тех самых, что Ведовскую возле ущелья схватили.

Стреж замялся, но смело заявил:

– Сами, вот, не поверили.

Голос лета был полон изумления и неверия. Впрочем, мужчина и не скрывал, что готов поверить во что угодно, только не в то, что перед ним изначальная.

– Так у тропы стояла, – развел руками второй дозорный.

– На рассвете-то опять суета была, что с нашей, что с той стороны. Ну, вот, я мешкать и не стал. Ясно ж теперь чего баги полошатся да лютуют. Возьмут светлую-то, Роберган, не дело то.

Вожак выпрямился, бледнея лицом.

– Отправь в дозор Сареха и Герада. Сам отправляйся и ребят прихвати. Обложить все так, чтобы и куропатка не прошмыгнула. И молчать. Обеим!

– Так-то ясно, лет, не дети. Потому в плащ ее по макушку и укутал, чтоб никто не узрел.

– Я да вон Леритан, – кивнул на товарища, а тот как в рот воды набрал – только и таращится на светлую.

– Очи отверни, – процедил Роберган – не понравилось, как смотрит. Мужчина не сразу очнулся – вскинул взгляд на лета и, как в себя пришел, даже лицом поменялся и потупился.

– Вон, – бросил мужчина. – Рот откроете – узнаю – голову на раз сверну.

Воины молча вышли, а лет присел перед девушкой, минут пять разглядывал, не обращая внимание на ее давящий взгляд.

– Слух шел, что с красной стороны от багов светлые уходят, да не просто светлые – из изначальных. И не просто изначальные, а с женщиной изначальной. Но поверить в то, все едино верить, что вода – огонь, а огонь – вода, – протянул, видно и сейчас еще своим глазам не доверяя.

Что ж такого? – промычала девушка: да убери ты кляп, мать вашу!!

Роберган лишь подбородок потер, взгляда с пленницы не спуская:

– Откуда ты упала – не ведаю, а в чудеса не верю.

И вдруг приподнялся, схватил лапищей за затылок и, наслюнявив палец начал упорно тереть девушке лоб. Эрика возмущенно замычала и головой замотала, ругаясь на придурка.

Тот отстал – отпрянул, как обжегся, в глазах пламя, зрачки, словно мидриатики закапали.

– Чудак! – буркнула, а вышло иначе через тряпку. Роберган ресницами хлопнул и несмело, будто минуту назад не тер ей лоб, как скаженный, вытянул кляп со рта.