Проект Деметра

Радиш взгляд на него вскинул, нахмурился. Шах же забрал чип и начал изучать. Что-то он ему напоминал, но что?…

– Хреново, – отмахнулся: что воду в ступе толочь, пересказывая, что и ежику ясно

– У мертвых спроси, – покрутил в пальцах чип, разглядывая его на свет. И бросил. – Наши аптечки израсходуем – посмотрим. Если еще жив, может и дальше чудеса живучести, как зло всей клинической медицине выкажет. Но будет инвалидом гарантированно. Я кости собирать в полевых условиях не умею. Пневмоторакс локализирую и от воспаления удержу, а дальше как местные боги позволят.

– Ты почти бог, местный. Ливень устроил? Устрой, чтоб Самара выздоровел.

Шах уставился на мужчину, и опустил руку с чипом, вздохнул. Перевел задумчивый взгляд на лейтенанта и буркнул:

– Попробую… А фигня эта напоминает мне базисчипсет от биологического оружия. Есть такая ерундовина – БМ -15. Если рвануть такую – пол планеты без людей и зверей останется, вся фауна на. Но хрянь в том, что БМ на секретном подотчете. Партия маркирована с доступом только по резолюции верховного совета федераций. Проще достать атомную бомбу: вон хоть из музея, чем БМ, и уж совсем тупо разбирать и по телам ныкать. Ерунда какая-то.

Радий взял у него чип, покрутил и в карман сунул:

– По ходу пьесы разберемся.

– Угу. План минимум – поспать и поесть. Потом Самару поднять. Сейчас он отрубился часов на десять. Восстановители сработают, их хватит. Пару дней и воспаление, авось, пройдет. Гарантировать ничего не могу кроме одного – идти он не сможет.

– Туда Эрика придет, она лечить умеет.

– Тоже "право по рождению"? – хмыкнул. – Ну, ну. Слышал. Интересно, какое право у Самары?

А у самого перед глазами Ведовская встала – гибкая, подтянутая, замкнутая, как не от мира сего, а в глазах как поляны с цветами расстелены и манят, манят…

Мотнул головой – сбрендил, что ли?

– Право Сабиборов – обостренный слух, взгляд и восприятие, – молвила Лань, услышав вопрос мужчины. Тот глянул на нее оценивающе, отчего девушка потупилась и покраснела.

– Ты, красавица, видно много сказок в детстве читала. Оттуда все и узнала, да?

– Отчего ж? Знак светлого все рассказывает, – ответила совсем заробев.

Шах губы пожевал, достал зубочистку, в рот сунул, изучая тату на лбу лейтенанта.

– Это не ты его разукрасила, часом? – прищурил недобро глаз и на Радия покосился – не один ли мастер тату развлекался? И как дались?

– Как можно? – испугалась. – То знаки родовые, от рождения вместе с правом дадены.

– Ага? Может и мое право мне зачтешь?

– Чего проще, – вступился Малик, чуть оттирая совсем заробевшую Лань. – Ты – Вейнер Шахлар Тшахерт Лой, сын Аркарна Тшахерт Лой.

– Мне не выговорить, – качнул челюстью Шах. Не нравилось ему, что чужими именами величают. – Меня Валерий зовут, и не лают.