Дело Варнавинского маньяка

— Испугались?

— Конечно! Весь город их боится. Значит, вы обо все догадались?

— Да. Но вы-то, Амилий Петрович, вы-то почему мне сразу не сказали?

— Из страха. Эти люди заправляют уездом, вся власть у них. Да и не знаю я ничего конкретного, а лишь догадываюсь, как и другие, что дело нечисто…

Лыков без сил опустился на скамью:

— Если я сейчас к ним выйду, мне конец. А вы и весь город так и останетесь жить в страхе. Помогите мне выбраться, и я выжгу весь гадюшник каленым железом!

Статистик несколько секунд молча смотрел на сыщика, потом решился:

— Быстро за мной в сад!

— Минуту, Амилий Петрович. Нет ли в доме револьвера?

Панибратов за рукав втащил Алексея в соседнюю комнату, порылся в бюро и протянул ему оружие. Это был обшарпанный «смит-вессон» так называемого «первого образца». Лыков оттянул защелку ствола, переломил револьвер: барабан был полон:

— Спасибо!

Через сени Панибратов быстро вывел гостя во двор к задней калитке. Открыл ее и пропустил к соседям:

— Далее вон туда, за баню.

— Попытайтесь продержать их под дверью хоть четверть часа. И — я ваш вечный должник!

Амилий Петрович молча перекрестил сыщика и побежал обратно в дом. Лыков же, не теряя ни секунды, кинулся прочь. Проскочил в соседний сад и, не глядя по сторонам, быстрым шагом направился к воротам. Какой-то господин в халате и феске сидел на веранде и пил чай. Он недоуменно уставился на незнакомца.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровался Алексей.

— Добрый… — растерянно пробормотал господин.

Собравшись с духом, сыщик вышел на улицу. Снова он на Костромской! Если «оборотни» уже успели выставить здесь наблюдение, он пропал. Второй раз его не упустят. Оглядевшись по сторонам, коллежский асессор чуть не вскрикнул от радости. На всей улице обнаружилось лишь несколько прохожих, никто из них не походил на людей Бекорюкова.

Куда теперь? Если даже Амилий Петрович и продержится четверть часа, это лишь полдела. За это время Лыков должен незаметно добраться до выезда из города, найти там телегу и уговорить возницу скрытно доставить его в Нефедьевку. О том, что делать дальше, пока думать было преждевременно…

Дойдя до пересечения с Полукруглой улицей — он шел здесь под конвоем десять минут назад, — Алексей незаметно высунулся. Вдалеке, на углу Мещанской, торчала одинокая фигура. Тамазин! Помощник исправника неотрывно смотрел в его сторону. Проклятье! Нужно было перебежать перекресток, дойти до конца Костромской и вдоль Новой и Полевой улиц чесать к выезду из города. Но губернский секретарь исполнял обязанности наблюдателя добросовестно: у Алексея не было никаких шансов пересечь Полукруглую незамеченным. Прошло три минуты. Топтавшийся на одном месте незнакомец уже стал привлекать внимание обывателей.