Дело Варнавинского маньяка

Хорошее место выбрал себе Мишка-дезертир!

Между тем пора было приступать к делу. Дым от костра видимо слабел — хозяин перестал следить за огнем. Вскоре Лыков разглядел его в окуляры бинокля: Мишка уселся на берегу с удочкой. Шепотом сыщики посовещались и решили разделиться. Иван Иванович двинулся в обход озера слева, а Лыков — справа. Очень скоро он оказался на тропе, огибавшей озеро; при этом тропа с воды не просматривалась. Быстрым шагом, а иногда и бегом Лыков всего за двадцать минут обошел берег и оказался в ста шагах позади дезертира. Тот безмятежно удил рыбу. Щукин явно отстал от коллежского асессора — из-за той открытой поляны, которую требовалось обходить лесом. Рассчитывать Алексей мог только на собственные силы, но в них он был уверен. Пора!

Алексей прокрался мимо тлеющего костра. Заглянул на всякий случай в шалаш — нет ли там кого. Пересек подлесок и оказался прямо за спиной преступника. Тот все еще не замечал опасности и увлеченно таскал окуней. Клевало у него отменно, так что Лыкову самому захотелось тут поудить."

"Зайдя прямо за спину дезертиру, Алексей как следует его разглядел. Крепкий парень! Плечи налитые, шея тоже что надо. Ну да и не таких брали… Оружия при нем не видать, только если нож в сапоге.

— Эй, Мишка! — окликнул сыщик дезертира. Тот выронил от неожиданности удочку и резко развернулся. Глаза черные, злые. Неужели это тот самый маньяк?

— Ты еще кто такой? — спросил парень, озираясь по сторонам.

— Я? Рыболов. Тухлую рыбу ловлю. Вот навроде тебя…

— Да ты сыщик? По мою душу явился? — ощерился Мишка, глаза его сделались совсем бешеными. — Ну, получи что искал!

И, выхватив из сапога нож, кинулся на Лыкова. Тот мгновенно навел на него револьвер:

— Замри!

Но дезертир и не думал останавливаться, а пер на коллежского асессора, как секач во время гона. Алексей замешкался. Выстрелить в ляжку? Тащи потом этого дурня на себе до пролетки двенадцать верст! Между тем времени на раздумья не было, а биться голыми руками против ножа Лыков не собирался. Поэтому с трех оставшихся шагов он пустил заряд преступнику под правую ключицу. Тот вскрикнул, выронил нож и зашатался. Сыщик шагнул вперед и задвинул Мишке кулаком в ухо. Все.

Послышался треск валежника, и на берег выскочил запыхавшийся Щукин.

— Готово, Иван Иваныч, — успокоил его Лыков. — Просверлил в нем дырку для пользы дела. С ножом на меня попер…

— Живой?

— Еще как живой!

Алексей за бороду приподнял дезертира с земли. Тот скулил и держался за плечо, между пальцами у него лилась кровь.

— Ключица? — сразу успокоился надзиратель. — Хороший выстрел. Самое неопасное место. Сам пусть идет, сволота!

Мишку быстро перевязали, дали хлебнуть водки из баклаги. Тот лязгнул зубами, сделал несколько крупных глотков и постепенно успокоился.