Дело – труба!

 – В это издательство… как его зовут… такой зверь есть, очень колючий и очень дикий! У нас он не водится, а как по-русски – я забыл!

– Дикобраз, что ли? – уточнил охранник.

– Во-во, да-арагой, этот самый! Точно, дикобраз!

– «Дикобраз» – это на втором этаже, – сообщил охранник, – офис двадцать пятый.

– Спасибо, да-арагой! – и Леня снова отправился на второй этаж.

Парень в черном костюме стоял на прежнем месте, но на этот раз в гордом одиночестве.

Он равнодушно скользнул по новому посетителю взглядом.

Леня толкнул дверь с бело-розовой вывеской и вошел в офис издательства.

Издательство «Дикобраз» занимало одну довольно просторную комнату, в которой размещалось с десяток столов. Все эти столы были завалены рисунками, макетами и готовыми изделиями – календарями, рекламными буклетами и прочей полиграфической продукцией. Только рядом с дверью был чистый и пустой стол, за которым никто не сидел. Леня сделал правомерный вывод, что это стол выведенной им из игры Юлии Рукавичкиной.

За большинством других столов трудились художники и компьютерщики, по большей части молодые люди и девушки не старше тридцати лет. Только за одним столом, стоящим чуть на отшибе, сидела женщина за сорок, с темными, хорошо уложенными волосами и с легкой паникой в глазах. Судя по возрасту и озабоченному виду, именно она руководила издательством.

– Мне бы… это… заказ сделать! – проговорил Маркиз, обращаясь сразу ко всем и старательно имитируя кавказский акцент, и выжидательно оглядел сотрудников.

Никто из них не поднял головы, видимо, не принял вопрос на свой счет.

– Так как насчет заказа? – повторил Маркиз.

– Подойдите, пожалуйста! – Начальница привстала из-за стола и выдала дежурную улыбку. – Я с вами поговорю!

Леня с уверенным видом прошел через комнату, подошел к столу начальницы, сел.

– Итак, что бы вы хотели? – спросила женщина, придвинув к себе блокнот.

– Значит, так… – начал Леня. – У меня есть любимый женщина. Я для нее готов на что угодно. А у нее есть любимый…

В это время на столе у начальницы зазвонил телефон.

– Извините… – проговорила она, снимая трубку. – Да, Михаил Михайлович… ну да, это я… сколько, вы говорите? Двести рублей за килограмм? Но мы при такой цене вылетим в трубу! Нет, никак не могу! Да, не на таких условиях!

Она положила трубку, вернула на лицо вымученную улыбку и проговорила:

– Извините, это поставщик… это важно…

– Я знаю поставщик, – кивнул Маркиз. – У меня тоже свой фирма и тоже есть поставщик.

– Тогда вы меня понимаете… итак, вы говорили, что у вас есть любимая женщина, но у нее есть другой?

– Что значит – другой?! – возмутился Маркиз.