Дело трезвых скоморохов

У меня две пуговицы оторваны, и от боли в боку дышать до сих пор тяжело. Естественно, главного виновника произведенного бедлама никто и заметить не успел, а уж догонять тем более не озаботился. Ну разумеется, им же не за это деньги платят…

– Спасибо за приглашение, – морщась и постанывая, выдавил я. – Мы тогда как-нибудь… в другой раз… заглянем. Побеседуем по-добрососедски, ага… Нет, провожать не надо! Сами доползём…

Да вообще-то, честно говоря, никто и не собирался. Поддерживая друг дружку, мы с государем выкатились во двор. К слову, дьяка Фильки там уже не было, наверняка исхитрился удрать под шумок, вместе с цепью. Нас вежливо выпроводили за ворота, непонятно за что побитых, не добывших ничего в плане полезной информации, зато получивших памятный урок относительно походов «налево»…

Если бы моё состояние и настроение можно было выразить в словах, то это были бы такие «выражения», что я был бы обязан сам себя оштрафовать за нарушение общественного порядка. Практический результат визита – даже не на нуле, а ещё и в минусе! Ох не хотел я туда идти… ведь как не хотел!"

"– Эхма, сыскной воевода! Ну удружил ты мне, ну развеселил, распотешил! – восторженно делился впечатлениями счастливый Горох, прихрамывая сзади. – Уж и забыл, когда кому самолично морду чистил, а на службе милицейской вон они какие перспективы… Нонче же боярам обскажу, пущай пожелтеют от завидок!

Я стиснул зубы и молчал. Лично меня полученные тумаки ни капли не радовали, тем более что, скорее всего, были получены мною именно от царя.

– Слышь, Никита Иванович, а вот тока не припомню, право, кто ж драку-то начал? Уж не ты ли сам свечи-то затушил, красотою зрелою прельстившись?! А на вид скромник такой… Говорил же тебе – женись, естество, поди, требует! А то ить так и будешь до старости по девкам беспутным бегать… Не, как мужик мужика, я тебя николи не осуждаю, даже наоборот, посодействовать готов, но…

– Это не я-а-а-а!!!

– Понял, – тихонько откликнулся государь, когда эхо стихло и на пустынной тёмной улице улеглась пыль. – С чего ж так орать-то, али обиделся?

Я резко развернулся, шагнул к нему, приподнял за грудки, намереваясь честно и нелицеприятно высказать всё, что думаю о его понятиях субординации, служебной этики и элементарном такте, но… не успел.

Впереди сумрачно и грозно, под тусклым светом ущербной луны, возникли четыре чёрных силуэта. Зачем они здесь, кого ждут или ищут, спрашивать не хотелось, хотя в иной ситуации я, возможно, и нашёл бы время на глупые вопросы. Сейчас в голове чётко оформилась только одна мысль – за моей спиной царь! Не просто товарищ по службе, не рядовой гражданин, а человек, облечённый высшей властью, – государь, монарх, самодержец.