Дело спящей красавицы (СИ)

Такой же на хорошем уровне владела Софья. Третья была природной. И это никак не вязалось с рассказом Ильи. И разваливало его показания. И вряд ли один человек, если он не легенда, напал бы на опытного бойца — защитника отпрыска аристократа. И по всему выходило, что Илья с вероятным подельником попытались похитить девочку. Вероятно, она сопротивлялась. Возможно, действовала отчаянно. Быть может негодяи перестарались с силой и серьезно ранили ее. А затем разыграли эту сцену с нападением.

Девушка не умерла на тропе, иначе я почуял бы дыхание смерти. Но ничто не указывало на то, что она вышла живой из леса. Я ведь не проверил чащу. И в ее глубине вполне мог быть спрятан труп. Природник, следы которого определились на месте нападения способен закрыть тело землей и вырастить поверх растения и кусты. В зависимости от силы одаренного растительность может быть очень густой. Потому и поиски волонтеров не привели к результату. Среди поисковиков не было некроманта.

Я тяжело вздохнул. Вляпался, ничего не скажешь.

Размышления прервал зазвонивший в кармане телефон. Я вытащил его и взглянул на экран, на котором высвечивался номер Иванова. Принял вызов:

— У аппарата.

— Спасибо за помощь, Павел Филиппович, — послышался в динамике голос жандарма. — Благодаря вам актрисы найдены и опознаны. Все указывает на то, что их убил покойный Добронравов.

— А остальные?

— В процессе, — ответил жандарм. — Но я звоню вам по другому поводу. Сегодня, в лесу найден обезображенный труп Софьи Николаевны Потемкиной. И предупреждая ваш следующий вопрос, отвечу: да, это она. Ее уже опознали.

Вопросы без ответов

— Вскрытие было? Тело все еще хранится в прозекторской, или его уже доставили в особняк? — начал задавать вопросы я.

— Вскрытие проводится буквально сейчас. И сразу после заключения, тело Софьи Николаевны заберут в дом Потемкиных и похоронят в семейном склепе. И сразу предупреждаю вас, мастер Чехов: возле прозекторской дежурят два звена княжеской дружины. Вас не пустят даже на порог здания.

— Но…

— Павел Филиппович, поймите: Потемкины убиты горем. Николая Алексеевича новость о смерти единственной дочери подкосило. С опознания его отвезли прямиком в лекарскую. В прозекторской у него случился приступ. Варвара Петровна чувствует себя немногим лучше.

Мне прямо сейчас нужно было узнать правду. Дмитрий словно прочел мои мысли и продолжил с обвиняющими нотками в голосе:

— Представляете, если вы объявитесь и на время оживите их дочь, чтобы допросить ее? Эта новость расползется по всему Петрограду. И когда князь выйдет из лекарской, у него будут к вам вопросы.

Я промолчал. Иванов был прав. Воскрешение княжны можно приравнять к осквернению тела. А за такое Николай Алексеевич будет вправе вызвать меня на дуэль насмерть.