Дело сибирского душегуба

Я выполнил задание, Михаил Сергеевич, вы снова недовольны? Если не провозимся, еще успеем рвануть на природу, погулять по лесу и доставить подозреваемого в КПЗ. До Чибисов — километров двенадцать. Это точно он, товарищ майор, — настаивал Хорунжев. — Люди описывают его так же, как и вы своего.

«А чего я колеблюсь?» — подумал Туманов. Совершать рискованные прогулки по тайге становилось практически нормой.

— Да знаю я этого парня, — отмахнулся участковый Синицын. — Хотя какой он, на фиг, парень, под полтинник мужику. Чудак местный, иначе и не скажешь. Никакой он не старовер и с богом не в ладах. Просто бирюк — одинокий волк, людей не выносит. Петькой Шайтаном его кличут. Сидел по молодости, вроде не тяжелая была статья, нанесение увечий или что-то в этом роде. За девчонку вступился — ну и увлекся, троих инвалидами сделал. В армии уже отслужил — ну, и загремел лет на восемь в благодатный Колымский край. С судьей и прокурором просто не повезло. Вышел озлобленный на весь белый свет, не женился, детей не завел. Так и жил бобылем. Сторожем в Бирюсинске работал, чернорабочим, скитался по каким-то общагам и съемным углам. Потом в наш район забрел, землянку себе вырыл в урочище, стал жить-поживать… А чего натворил наш Шайтан?

— Да так, проверяем одну версию, — уклончиво отозвался Туманов. — Возможно, ваш Петька и не при делах. Имя-фамилия у него есть?

— Так это… — участковый задумался. — Драгунский Петр Алексеевич, вот. Видная фамилия, да не в пользу.

— Часто его видите, Федор Аверьянович?

— Сдался он мне, — ухмыльнулся участковый. — Кабы проблемы от него были — так чаще бы виделись. А так лишь народ честной пугает. Прикиньте, встретиться с таким в полумраке на лесной тропе. Обделаться можно. А ему ведь не объяснишь, что нужно прилично одеваться, бороду брить, знать такие слова, как «здравствуйте» и «до свидания». Да и мыться иногда не мешает, а то, ей-богу, лохматое вонючее чудовище… А он, между прочим, десятилетку с отличием окончил, в вуз бы поступил, кабы не та драка. А сейчас мычит, слов почти не говорит, отвык с людьми общаться.

— Пьет?

— Случается. Иногда заходит на окраину деревни, выменивает лисьи шкурки на хлеб, самогон, спички… Да нет, товарищ майор, не такой уж он выпивоха. Сами представьте, пил бы беспробудно — разве выжил бы в тайге? Так, в свободные часы, сидя в своей землянке… Смешно — он газеты старые собирает, читает. Однажды видели, как он связку книг тащил…

— Эрудит, — усмехнулся Мишка Хорунжев.

Все присутствующие заулыбались."

"Опорный пункт милиции в Чибисах оказался на удивление обустроенным, чистым. Имелась даже агитация, шкаф с документами. Жилище участкового находилось за стенкой. Гремела поварешками пышнотелая Груша — законная жена товарища Синицына.