Дело Аляски Сандерс

Участвовала в рекламных кампаниях престижных марок. Совсем другого сорта девушка.

– А как она умерла? – спросил Гэхаловуд.

– Ужасно. Среди ночи послала родителям эсэсмэску, что больше не хочет жить. Сообщение они увидели, когда проснулись. Постель Элинор была пуста, и они немедленно позвонили в полицию. Машину Элинор нашли в Марблхеде, на парковке парка Чандлер Хави. На скалах неподалеку от большого маяка на мысу лежали ее личные вещи и одежда. Полиция сделала вывод, что девушка покончила жизнь самоубийством, вероятно, утопилась.

– Вероятно?

– Ее тело так и не нашли.

Гэхаловуд был озадачен. Когда мы вышли из редакции “Салем ньюс”, он сказал нам с Лорен:

– В августе девяносто восьмого года королева красоты исчезает вблизи пляжа. Через восемь месяцев ее подруга, тоже королева красоты, убита на берегу озера. И в кармане у нее записка: “Я все про тебя знаю”.

– Думаете, эти две смерти как-то связаны? – спросил я.

– По-моему, многовато для простого совпадения. Тем более что Аляска вскоре после первой смерти внезапно уехала из Салема. Возможно, причиной ее бегства послужила гибель Элинор.

– По-вашему, Аляска могла убить Элинор? – спросила Лорен.

– Понятия не имею, – ответил Гэхаловуд; он не любил поспешных выводов. – Но копать надо.

Лорен не удержалась и задала мучивший ее вопрос:

– Сержант, как вы могли в свое время упустить эту Элинор Лоуэлл?

– Мы не занимались Салемом. Думали, что убийство связано с Маунт-Плезант. К тому же тогда ничто на Салем не указывало. Все время думаю про это идеальное преступление. По-моему, нам совершенно заморочили голову.

Гэхаловуд хотел заскочить в уголовный отдел полиции Салема, который наверняка занимался расследованием исчезновения Элинор Лоуэлл. Кроме того, раз мы приехали в город, надо было расспросить родителей Аляски насчет финансов их дочери. Мы хотели понять, почему ей, несмотря на сбережения, пришлось по приезде в Маунт-Плезант искать работу. Продуктивнее было распределить задачи. Лорен с Гэхаловудом отправились в комиссариат Салема, а я взял такси и поехал к Сандерсам.

Донна Сандерс была дома одна. “Робби пошел играть в гольф с приятелями. Сейчас ему необходимо проветрить мозги. Надо сказать, то, что происходит, доставляет нам уйму беспокойства. Хотите кофе, мистер Гольдман?” Мы немного посидели в гостиной, побеседовали. По-моему, Донне Сандерс было как никогда одиноко. Ей хотелось поговорить о дочери, а муж избегал этой темы. “Каждый горюет по-своему”, – сказала она. Заодно я показал ей видеопробу, присланную агентом Аляски. Мы разослали ее и подругам Аляски – я на этот случай взял с собой ноутбук, – но ни одна не смогла опознать место, где Аляска вела съемку. То же самое было и с Донной Сандерс.