Дело Аляски Сандерс

В Нью-Гэмпшире нет не только зала для инъекций, но даже нужных препаратов.

– Значит, электрический стул? – Лорен задохнулась от ужаса.

Патрисия Уайдсмит ответила не сразу:

– В Нью-Гэмпшире нет электрического стула. Будет повешение. Эрика повесят в этой самой тюрьме.

– Что? – вскричала Лорен. – Но этого не может быть! Сейчас уже никого не вешают!

– Бывают вещи и похуже, – прошептала Патрисия.

Эрик сидел с бесстрастным видом. Лорен разрыдалась.

Они долго молчали. Издалека доносился беспокойный тюремный шум. Наконец Эрик мрачно спросил:

– А если мы примем предложение прокурора?

– Закон штата Нью-Гэмпшир гласит, что если виновному в убийстве не вынесен смертный приговор, то его должны приговорить к пожизненному заключению без права на освобождение. Значит, этого и будет требовать прокуратура в твоем случае.

– А ты что думаешь? – еще раз спросил Эрик Патрисию.

– Эрик, ты не должен признавать вину! – вмешалась Лорен. – Ты же не виноват, нельзя себя оговаривать!

– Лорен, а ты придешь, когда меня будут вешать? – взорвался Эрик. – Хватит у тебя мужества смотреть, как я подыхаю в петле?

Вид у Эрика был холодный и решительный. Лорен плакала.

– Эрик, – снова заговорила Патрисия, – что бы ты ни решил, я буду рядом. Буду защищать тебя душой и телом. Я знаю, что ты невиновен, я в этом глубоко убеждена. Не будь я уверена, меня бы не было здесь, с тобой. Но какая-то частица моего “я” считает, что, признав вину, ты дашь нам время найти доказательства твоей невиновности. Я очень надеюсь их отыскать. Но какой смысл доказывать невиновность, если тебя казнят! От тебя останется только очередное имя, вокруг которого будут идти споры о смертной казни. Я хочу, чтобы ты был на свободе. А для этого мне нужно немного времени. И это время мне можешь дать только ты.

* * *– Вот почему Эрик признал вину, – сказала Лорен. – Для него это был единственный шанс избежать смертной казни и надеяться на последующее оправдание. В общем, он принял предложение прокурора, судебного процесса не было. Но схлопотал пожизненное без права на пересмотр приговора. С тех пор мы с Патрисией изо всех сил стараемся его вытащить. Чтобы привлечь общественное мнение, создали эту ассоциацию, “Свободу Эрику Доновану”. А главное, ведем собственное расследование.

– И чего вы добились? – спросил я.

– У нас есть кое-какие факты. Зацепки. Но за одиннадцать лет мы не нашли ничего конкретного, чтобы отправить дело на пересмотр. Как же это бесит! Иногда я просто впадаю в отчаяние.

– Значит, ты стала копом, потому что твоего брата посадили?

– Да, чтобы попытаться перестроить систему изнутри. Чтобы служить настоящему правосудию, а не той пародии на него, что бросает за решетку невинных людей.