Дело Аляски Сандерс

 – У меня и обоймы-то в пушке нет, дурилка! Смотрел бы куда надо, а не закрывал глаза, как слюнтяй, сам бы увидел. Небось в охотничьей лавке работаешь, должен разбираться в оружии…

Решив последний раз попугать жертву, Вэнс, в полной уверенности, что револьвер безопасен, нажал на курок. Но вместо металлического щелчка, который он ожидал услышать, в уши грянул выстрел.

Несколько секунд стояла одурелая тишина. Казински бросился в зал для допросов и увидел Вэнса, остолбеневшего, забрызганного кровью и мозгом. Уолтер Кэрри лежал на полу с размозженной головой.

– Вэнс, твою мать, ты что наделал? – истерически взвизгнул Казински.

– Черт, там же не было магазина! – недоуменно пробормотал потрясенный Вэнс. – Магазина не было, ты сам прекрасно знаешь, я тебе его отдал.

– В стволе осталась пуля! Ты почему ее до конца не разрядил, свою гребаную пушку?

– А я знаю? – вдруг взревел Вэнс, словно очнувшись. – Почему ты мне не сказал ее разрядить?

– Думаешь, мне могло прийти в голову, что ты будешь изображать расстрел, чтобы он признал вину?

Полицейские в ужасе уставились друг на друга. Перед ними лежал труп Уолтера.

– Черт, черт, черт! – взвыл Вэнс. – Мы его убили!

– Ты его убил, – уточнил Казински, очень рассчитывавший предоставить коллеге самому расхлебывать последствия своего умопомешательства.

– Если мне крышка, то и тебе крышка. Не время хныкать, надо что-то делать.

– Делать? И что ты хочешь делать? Как ты хочешь здесь тайком избавиться от трупа?

– Никто от него избавляться не будет: скажем, что Уолтер отобрал у меня пушку и застрелился.

– Это все равно нарушение, – простонал Казински. – По правилам нельзя носить оружие в зале для допросов.

– Получить нагоняй от начальства уж точно получше будет, чем пойти под суд за убийство! Скажем, что Уолтер притворился больным, мы бросились ему помочь, а он отобрал у меня пушку.

– Никто нам не поверит!

Вэнс вдруг вспомнил, что получил признание вины.

– Нас признание спасет! – воскликнул он. – Кэрри виновен, и мы это докажем, у нас есть запись! Кто такой убийца в иерархии жизни? Никто. Теперь надо действовать быстро, а то вдруг кто-нибудь слышал выстрел и сейчас прибежит. Отдай магазин и сними с него наручники.

Казински вернул Вэнсу магазин от револьвера, потом с отвращением нагнулся над трупом, расстегнул наручники и освободил ему руки.

– И что с ними делать? – спросил он, как растерянный ребенок, держа окровавленные наручники.

– Спрячь немедленно, дьявол тебя раздери! – приказал Вэнс; он уже вполне оправился. – Сунь в карман, потом в сортире отмоешь. Сперва разберемся с этим дерьмом.

– С твоим дерьмом, Вэнс! Это тебе в голову взбрело!

Вэнс снова зарядил револьвер и вложил его в левую руку Уолтера, у которого на левом виске зияла глубокая рваная рана.