Дело оперское. Рокировка

— Ладно, обойдемся…

Они вернулись в город и несколько часов гоняли по всем известным адресам, где мог быть Слон, но нигде его не нашли. Это уже говорило о многом. Часа в три они заехали в блинную на обед.

— Деньги есть у кого? — наивно спросил Вадим.

Подчиненные пожали плечами. Юрьев вздохнул и полез в карман. Пообедали крошечными порциями пельменей, салатами и выпили кофе. На большее не хватило. Иван погладил живот и, выразительно посмотрев на начальника голодными глазами, нагло заявил:

— Какая может быть раскрываемость преступлений, если в животе практически пусто?

— Ты же с утра шашлыков поел, или я ошибаюсь? — отозвался Вадим.

— Тебе, Петрович, верно, привиделось."

"В микроавтобусе Иван достал из кармана мобильник и, найдя нужный номер, позвонил преступному авторитету, «ответственному за положение в городе» Макару, в миру имевшему имя Андрей и фамилию Макаров.

— Слышишь, Андрей, Шилов говорит, подскочи в кабинет на пару слов…

— По Лосю, начальник? — отозвался Макар.

— Да нет, за жизнь…

— Чего темнить, ясно, что по Лосю. Весь город уже на ушах. Камера для меня уже готова? — в трубке послышался нервный смешок.

— Для тебя — всегда готова! — тем же тоном отозвался Иван. — Ну, через полчасика, добро?

— Как будто у меня есть выбор… — Макар отключился.

Два года назад группа УБОП раскрыла самое громкое преступление, совершенное за время существования города Семеновск — тройное убийство. Были убиты трое представителей криминального сообщества «общак», которые неоднократно предпринимали попытки пробиться в верха городской криминальной власти для чего использовали все возможные методы, и не останавливались ни перед чем. Шилов знал веяния преступного мира — ему было известно, что эта троица, боясь прямого устранения действующего лидера городского общака (что неминуемо могло повлечь за собой гнев вышестоящих воров, и, как следствие, невозможность «официально» занять освободившуюся «вакансию»), решила действовать методом не прямой стратегии — забрать под себя самые прибыльные источники криминального промысла, и затем отсылать в Комсомольский общак суммы, куда более превышающие, те, что отсылал в Комсомольск действующий положенец. Таким образом, как им казалось, они бы быстро добились от Комсомольских воров благоприятного расположения, что вполне можно было бы использовать для собственного продвижения. После этого оставалось только скомпрометировать положенца в глазах общака — и дело казалось в шляпе. План был вполне реальным, но помешали мелочи — никто не хотел добровольно отдавать самые прибыльные кормушки.