Дело об оборотной стороне медали

– Но… Ведь в газетах же написано…

– И что? Раз написано в газете, то мне теперь следует пойти и застрелиться, чтобы очередной бред сержанта Холкомба соответствовал истине?

– Нет, мистер Мейсон, не надо! – серьезно ответила девушка.

Зазвонил телефон. Герти сняла трубку.

– Контора адвоката Перри Мейсона, – сказала она и почти сразу же передала трубку Мейсону: – Это спрашивают Деллу Стрит.

Мейсон взял трубку.

– Алло! – услышал он голос Гамильтона Бергера. – Мисс Стрит? Я только что прочитал в газете… Приношу вам свои искренние сердечные соболезнования по поводу столь невосполнимой утраты…

– Утрите слезы, Гамильтон, – усмехнулся Мейсон, – я так просто из жизни не уйду. И не надейтесь.

– Перри? – изумленно воскликнул окружной прокурор и тут же сердито закричал: – Что за дурацкие фокусы, Мейсон?! Я купил газету и меня словно молотом по голове огорошили. Я бегом в первую же будку, чтобы выразить мое горе, а вы устраиваете цирк! Вы…

– Это не мои фокусы, – спокойно перебил его Мейсон, – а, как явствует из газет, сержанта Холкомба. Я, кажется, говорил вам вчера, что каждый думает в меру своих способностей. Так вот Холкомб даже не пытается думать. Он выдал _о_ч_е_н_ь_ желаемое за действительное. Кстати, вы знакомы с рапортом сержанта Пратта?

– Нет, я только еду в прокуратуру, вчера был трудный день… Я купил газету и… Извините, Перри, я не хотел вас обидеть, но…

– Ладно, не извиняйтесь. На меня действительно было совершено покушение. Одного бандита я застрелил, второго ранил первый. Рана не опасная, только большая потеря крови. Он оказался говорлив и назвал имя человека, который, по-моему, стоит за всем этим делом. По крайней мере здесь, в Лос-Анджелесе."

"– И кто это? – осторожно спросил Бергер, явно не удивившийся бы, услышав отказ.

– Сегодня мы по одну сторону баррикады, – сказал Мейсон и, вдруг вспомнив Трэгга, добавил: – Все равно вы узнаете это через полчаса. Некий Баннер Болес.

– Баннер Болес? – переспросил Бергер. – Нет, не помню.

– Лет десять назад вы вели процесс по обвинению Теда Балфура в наезде на неизвестного бродягу. Впоследствии, погибшим оказался его дядя, а убийцей – жена дяди. Баннер Болес заметал следы. Вы же сами вели процесс…

– Я сейчас не помню, но все тщательно проверю, – заверил Бергер. – Но почему сержант Холкомб решил, что вы убиты?

– Мне не дано читать мысли тех, у кого их нет, – ответил Мейсон. – Я не видел Холкомба с позавчерашнего вечера и рад был бы не видеть его еще сто лет.

– Что ж, я счастлив, что весть оказалась ложной. Можете не сомневаться, Мейсон, виновные будут наказаны.

Окружной прокурор с явным нетерпением повесил трубку.

Адвокат перевел взгляд на улыбающуюся Герти.

– А где Делла? – спросил он.