Дело об оборотной стороне медали

– Да, Пол, а нельзя ли достать пузырек человеческой крови… Донорской, например.

– Какой-либо определенной группы?

– Да нет, без разницы. Лучше всего самой распространенной. Хотя, постой. Делла у тебя какая группа крови?

– Вторая, резус отрицательный.

– Пол, достань, если сможешь, самую распространенную группу крови, и еще один пузырек со второй группой с отрицательным резусом.

– Что ты задумал, Перри, что-нибудь противозаконное? – подозрительно спросил Пол.

– Сделай, как я просил и побыстрее.

– Мое дело – сторона. Ты платишь.

Дверь за Дрейком закрылась.

– Что ты собираешься делать, шеф? – спросила Делла Стрит.

– Постараюсь сегодня встретиться с миссис Никсон, поговорить об ее отце и муже. На завтра мне надо назначить встречу с Сюзанной Бакстон, а пока, Делла, разыщи телефон миссис Маккинли, если помнишь такую. Владелицу пансионата, сдающую в наем меблированные комнаты.

– Конечно, помню. Ты года полтора назад защищал ее в деле об убийстве Кристиана Винегера. Но она-то зачем тебе понадобилась?

– Трэггу надо где-то жить, пока это все не утихнет и мы не докажем его непричастность к убийству. Он не может остановиться в гостинице, у тебя или у меня. Я спрошу у миссис Маккинли, нет ли у нее свободной комнаты с отдельным входом, желательно, с узкого переулка, проходящего за ее домом. Нам не обязательно сообщать ей, кто такой Трэгг, а она, я предполагаю, не станет задавать лишних вопросов.

Делла Стрит порылась в папках и взялась за телефонный аппарат.

– Миссис Маккинли? Вас беспокоят из конторы адвоката Перри Мейсона… Да, мисс Стрит. Вы меня узнали?… Мистер Мейсон хотел бы переговорить с вами. Передаю трубку.

Она кивнула адвокату.

– Миссис Маккинли? Это Перри Мейсон. У вас все в порядке?

– Мистер Мейсон, как я рада вас слышать! Сегодня в программе новостей передали, что вам предъявлено обвинение, правда, только что сообщили, что произошла ошибка и оно снято. Что случилось?

– Кто-то из моих недругов позвонил в полицию и сказал, что у меня находятся деньги, переданные шантажисту. Шантажировали женщину, проходившую свидетельницей по одному из моих прошлых дел. Сержант Холкомб поторопился меня арестовать, даже не сверив номера купюр, имевшихся у меня в конторе, со списком врученных шантажисту.

– О, Холкомб! С ним у меня связаны самые неприятные воспоминания в моей жизни. Отвратительная, самовлюбленная личность.

– Вы абсолютно правы.

– Чем могу быть вам полезна, мистер Мейсон? Наверное, вы звоните не для того, чтобы справиться о моем здоровье?

– К сожалению, не только поэтому. Одному моему клиенту требуется временное убежище. Я не стану сообщать вам детали. Чем меньше вы знаете, тем лучше. Нет ли у вас комнаты с отдельным выходом на тот переулок, что проходит за вашим домом?

– Есть.