Дело о двойняшке

Если после их представления защите удастся поколебать теорию обвинения по любому из аспектов, то это значительно ослабит версию обвинения. Попытка доказать слишком многое при частичной неудаче может оказаться такой же фатальной, как и попытка доказать слишком мало.

– Я знаю, что делаю, – возразил Гамильтон Бергер. – Я хочу представить все это суду. Я хочу, чтобы вызываемые мной свидетели дали показания. Мне нужно их получить. Я готов рискнуть тем, что ряд фактов может быть отвергнут.

– Хорошо, – согласился судья Алворд. – Однако мне в таком случае нужно получить от вас заявление о том, что именно вы планируете доказать через этого свидетеля, господин окружной прокурор.

– Мы планируем доказать, что этот свидетель знает Гламис Барлоу, он видел ее несколько раз в Лас-Вегасе, он точно идентифицировал Гламис Барлоу как молодую женщину, украдкой выходящую из конторы Веры Мартель. Агентство Веры Мартель в Лас-Вегасе размещается не в обычном офисном здании вместе с другими конторами, а на втором этаже дома, первый этаж которого занимают игорные заведения. На верхних этажах расположено несколько квартир и контор. Агентство Веры Мартель находится прямо напротив квартиры, занимаемой этим свидетелем. Эта квартира была предоставлена ему как часть платы за работу в казино на первом этаже. Мы намерены показать, что свидетель видел, как Гламис Барлоу украдкой покидала контору Веры Мартель. На следующее утро обнаружили, что в контору Веры Мартель кто-то проник ночью, разбросал все бумаги по полу, перевернув все вверх дном, что определенно показывало на то, что там искали какой-то документ и, очевидно, поиски увенчались успехом.

– Вы можете назвать точное время? – спросил Мейсон.

– Ровно девять пятнадцать вечера, – сообщил Гамильтон Бергер. – Свидетель фиксирует его благодаря радиопрограмме, в которой только что передали сигнал точного времени. Мы также покажем, что отпечатки пальцев обвиняемого Картера Джилмана были найдены в конторе Веры Мартель.

– Мы снова выступаем с тем же возражением, – сказал Мейсон. – Это умозаключения. Пусть окружной прокурор вначале докажет, что обвиняемый передал ключ Гламис Барлоу.

– В настоящий момент мы в состоянии установить этот факт путем умозаключений, – заявил Гамильтон Бергер.

– Более того, – продолжал Мейсон, – свидетель не имеет права давать показания о манере поведения лица, выходящего откуда-либо. Он не имеет права и заявлять, что человек выходил украдкой. Это вывод свидетеля.

– Но не в данном случае, – возразил Гамильтон Бергер. – Гламис Барлоу осознавала свою вину, на что указывало несколько фактов: она двигалась на цыпочках, посмотрела в обе стороны коридора, оглянулась через плечо, тихо закрыла за собой дверь.