Дело о дневнике загорающей

– Все-таки сколько времени прошло от момента, когда я, предположительно, уехал, и до того времени, когда вы встали на ящик и заглянули в окно?

– Ну… я думаю, что не более… Вы знаете, полицейские спрашивали то же самое.

– Что вы им ответили?

– Я ответила, что прошла минута или полторы.

– А вы не думаете, что этот промежуток мог быть дольше?"

"– Нет. Дольше не мог быть. Даже короче, пожалуй…

– Почему тогда вы сказали полиции, что минута или полторы, если полагаете, что на самом деле было меньше?

– Потому что вы мой адвокат, вы меня защищаете и я… я не хотела вас подводить.

– Так сколько же в действительности прошло времени?

– Самое большее – секунд тридцать. Если он провожал вас до дверей, то у него не было бы времени ни на что другое. Только вернуться обратно в кухню, и все.

– Он проводил меня почти до самых дверей. Точнее – до небольшого коридорчика перед входной дверью, а открыл себе я сам.

– В таком случае он едва-едва успел вернуться на кухню, потому что… если, конечно, вы, после того как вышли, не делали там чего-то еще. Походили, может быть, посмотрели. Находясь за домом, ваш голос я не слышала. Услышала только, как завелся мотор.

– Ладно, допустим, – сказал Мейсон, – к этому еще вернемся. А говорили ли вы полиции о том, что это Баллард снабжал вас деньгами?

– Пока еще нет.

– Намерены сказать?

– Я боюсь, что мне придется. Меня приперли к стенке. Господин окружной прокурор считает, что это я убила, и предлагает договориться.

– То есть как договориться?

– Он сказал, что если я дам показания, будто нашу с вами встречу в доме Балларда устроили вы и что вы подавали мне сигнал, опуская и поднимая роликовую шторку, то он позволит мне признать себя виновной в непредумышленном убийстве и я пробуду за решеткой совсем недолго. Он сказал также, что знает наверное, что вы опускали и поднимали шторку с целью подать сигнал мне, и что если я буду говорить правду, то отделаюсь пустяковым сроком.

– Что вы ему ответили?

– Сказала, что хочу подумать.

– А он?

– Он поторопил меня. Сказал, чтобы я приняла решение как можно скорее.

Мейсон усмехнулся:

– Ему хотелось, чтобы вы приняли решение до того, как переговорите со мной, не правда ли?

– Да, он подразумевал это. Он даже сказал, что вы меня отговорите.

– Знайте же, мисс Дюваль: как только вы сделаете подобное заявление, он сможет привлечь меня к ответственности за лжесвидетельство, и это будет означать лишение права адвокатской практики с последующим отбыванием наказания за лжесвидетельство.

Арлен Дюваль невесело опустила глаза:

– Понимаю, мистер Мейсон.

– А вам такое в голову не приходило?

– Я знала, что господину окружному прокурору очень и очень хочется, чтобы я подтвердила, будто вы мне сигналили. Он предлагает все, что угодно.