Дело о давно забытой пощечине

Извините, Мейсон, но его имени я вам не скажу.

— Как считаете нужным, — не стал настаивать Мейсон. — Ваши сведения могут оказаться крайне важными. Еще один вопрос позволите?

— Пожалуйста, если только…

— Не беспокойтесь, — улыбнулся Мейсон. — Это из другой оперы. Вы сказали, что знали моего подзащитного?

— Да, — улыбнулся Райс, — мы посещаем один гольф-клуб. Очень милый в общении человек и довольно сильный игрок. Рука у него поставлена и глаз зорок, вот только когда ветер заносит мяч в мертвую зону, у него начинаются проблемы. Ему бывает приходиться тратить до семи ударов, чтобы выйти из нее.

— Да, — со знанием дела кивнул Мейсон, — мертвая зона — это всегда неприятно.

— Но не для меня, — расхохотался Райс, — сейчас я вам открою секрет, как надо поступать в таких случаях…

— Будет гораздо лучше, — усмехнулся Мейсон, — если вы мне просто покажете. Но не сегодня. Скажите, а вы не видели в последнее время Дункана Краудера в обществе какой-либо дамы?

— Дамы? — переспросил Райс. — Нет. Хотя, постойте… Я видел его случайно с женщиной, которая мне очень напомнила недоброй памяти Ивонну. Только та была шатенкой, а у этой волосы короче и пепельного цвета. Впрочем, я сейчас, наверное, в любой женщине увижу Ивонну… Но я к ним не подходил, вполне возможно, что это была просто одна из его клиенток.

— Вполне возможно, — согласился Мейсон. — Больше вы его не видели с этой дамой?

— Ни с этой, ни с какой другой, — уверенно заявил Райс.

— Что ж, хорошо, — сказал Мейсон, закуривая сигарету. — Разговор с вами был очень важен для меня и моего клиента, мистер Райс.

— Очень рад этому обстоятельству.

— Я бы не очень радовался на вашем месте, — сказал Мейсон. — Вас, наверняка, разыскивает окружной прокурор, чтобы вы ему рассказали то, что сейчас мне.

— Он меня не найдет, — пообещал Райс.

— Напротив, — мягко и чуть виновато улыбнулся Мейсон. — Как адвокат я усиленно рекомендую вам отправиться в окружную прокуратуру и рассказать там все, что вы только что изложили мне.

— Рассказать все в прокуратуре? — поразился Райс.

— Конечно, — подтвердил Мейсон, — ваши сведения имеют отношение к делу об убийстве и как законопослушный гражданин вы должны добровольно рассказать все представителям власти.

— Но откуда мне знать, что это имеет отношение к делу об убийстве? — воскликнул Райс.

— Я вам сообщил. Не беспокойтесь, прокуратура отнюдь не будет разглашать информацию, которую вам не хочется делать достоянием общественности. Это не выйдет за стены их кабинетов, если они сочтут это выгодным. Одно только хотелось бы вам заметить…

— Что именно?

— Касательно вашего гипотетического друга. Если вы обмолвитесь хоть словом, они вытянут из вас все, поверьте моему опыту.