Дело леди Евы Гор

Гости, отдав дань празднику, уже покидали гостиницу, напоследок благодарно склоняя головы и желая удачных начинаний. Кто-то задерживался у стола с угощениями, прихватывая с собой пару булочек, кто-то обменивался новостями в уголках, но уже без прежнего огонька — праздник подходил к концу.

Я прислонилась к стене в холле, потягивая горячий глинтвейн. Вкус пряностей приятно согревал, но внутри до сих пор полыхал совсем другой жар. Тот, что зажёгся от прикосновения герцога, от его губ, от его рук, крепко державших меня в танце. Чёртов мужчина!

— Миледи, гости расходятся, — тихий голос Магды вывел меня из размышлений.

— Дети ждут вас, — добавила Лили, подойдя ко мне с бокалом вина.

Под ёлкой на лавке собралась моя маленькая команда — те, кто помогал украшать гостиницу, те, кто делал гирлянды и игрушки, кто складывал журавликов. Их глазки сонно хлопали, но они пытались сохранять серьёзный вид, и уходить им не хотелось.

— Ну что, мои маленькие помощники? — я поставила бокал на ближайшую горизонтальную поверхность и подала Игги знак выносить мешочки с подарками. — Готовы к сюрпризу?

Детские глаза загорелись сильнее, а шеи вытянулись в ожидании Игги.

— Сюрприз? — переспросил Кай, светловолосый мальчишка, сын жестянщика.

— Конечно. Как же без него в День Чудес? Помните, что я рассказывала о празднике?

— В День Чудес можно загадать желание и получить подарок!

— Да, если хорошо потрудиться до этого, не шалить много и не драться. Вы все помогали мне, работали, старались. Поэтому я приготовила для каждого из вас небольшой подарок, — продолжила я, присаживаясь на край стула, чтобы быть на одном уровне с детьми.

В этот момент Игги вернулась, неся в руках аккуратно перевязанные лентами мешочки. За ней следом вышла ещё пара служанок, каждая с такими же свёртками.

— Ого… — прошептала Оливия, наблюдая, как каждый из детей получает в руки мешочек.

— Давайте-давайте, открывайте!

Развязав ленточки, дети с замиранием достали содержимое своих подарков.

У каждого был набор: чернильница, перо и аккуратно сложенные листы бумаги, отрез ткани для костюма или платья, отрез кожи на пошив обуви, девочкам ленты и украшения, а мальчикам пояса и зажимы для рубашек.

Сначала они выглядели растерянными. Неверие сменялось восторгом.

— Миледи, это… для нас? — осторожно спросил Эдвин, самый старший из ребят Мэри.

— Но зачем бумага и перо?

Дети переглянулись.

— Учиться… писать? — пробормотала девочка с тёмными кудряшками, которую друзья называли Тэсс.

— Да, Тэсс. Писать, читать, считать. Всё, чему вы захотите научиться.

Секунда молчания — и вдруг все заговорили разом.