Дело испуганной машинистки

– Не является ли фактом то, что вы принесли эти бриллианты в здание завернутыми в папиросную бумагу и что вам действительно удалось оставить их в конторе подзащитного. Вы были вынуждены поспешно бежать, так как узнали, что полиция предупреждена. Не является ли фактом то, что, попав в мою контору, вы решили проверить свою сумочку и обнаружили в ней два бриллианта. И вот тут, в панике, вы постарались от них избавиться описанным вами способом?

– Возражаю, – вмешался Бергер. – Защитник высказывает предположения, не подтвержденные доказательствами. Он нарушает правила ведения перекрестного допроса, у него нет никаких оснований предполагать…

– Возражение не принимается, – заявил судья Хартли.

– Не является ли фактом все то, что я сейчас рассказал?

– Ничего подобного. Когда я вошла в контору обвиняемого, никаких бриллиантов, мистер Мейсон, у меня не было. Ни своих собственных, ни чужих!

– Но вы не осмеливаетесь нам сказать, кто дал вам ключ от конторы?

– Я отказываюсь отвечать на этот вопрос.

– Благодарю вас. У меня больше нет вопросов.

Мэй Иордан покинула свидетельское место."

"Показания других свидетелей обвинения позволили уточнить некоторые технические детали дела: точное местонахождение теплохода в гавани в тот момент, когда Векстер прыгнул за борт, рельеф дна в том месте и тому подобное.

После этого на свидетельское место поднялся полицейский эксперт, проводивший анализ пятен на лодке Джили и на ноже. Он показал, что это были пятна человеческой крови.

– Когда вы проводили анализ? – спросил свидетеля Мейсон.

– Девятнадцатого июня.

– И установили, что кровь была десяти-четырнадцатидневной давности?

– Да, я пришел к такому выводу.

– Вы имеете в виду пятна на лодке?

– Да.

– И на кинжале?

– Да.

– Могли эти пятна появиться раньше?

Свидетель на минуту заколебался.

– Могли.

– Скажем, месяц назад?

– Могли.

– Таким образом, вы практически основывали свое заключение на показаниях Джили?

– Да, – смутившись, ответил эксперт.

– Известно ли вам, что Джек Джили ранее был осужден за лжесвидетельство?

Свидетель смутился еще больше.

– Возражаю! – снова вмешался Бергер. – Вопрос несущественный, он касается побочных фактов, совершенно не связанных с делом.

– Возражение принято, – решил судья. – Защитник должен ограничиться вопросами, имеющими значение для выяснения компетентности свидетеля.

– В таком случае у меня больше нет вопросов, ваша честь, – заявил Мейсон.

Показания Макса Даттона, последнего свидетеля обвинения на этот день, действительно явились неожиданностью для присутствующих.

Он сообщил, что живет в Брюсселе и прилетел сюда для дачи показаний по просьбе окружного прокурора.