Дело гастронома № 1

– Меня никто не впутывал! Но мы живем в страшном государстве! Только при фашистах за чтение книг сажали в тюрьму! Я ненавижу этот строй!..

– Антон!.. – резко оборвала она его. – Не смей так говорить! Не смей!

Она снова стукнула ладошкой по столу, но уже потише.

– Подожди, мама. Я готов отсидеть шесть лет в Мордовии, лишь бы ты потом никогда себя ни в чем не казнила. Ты понимаешь?! Я просто очень люблю тебя!

Зоя подошла, обняла сына. В ее глазах блестели слезы.

– Я тоже тебя люблю, сынок. Но пойми, нельзя бороться с большим и всесильным государством!

– Не такое уж оно всесильное!

– Я не хочу и не буду молчать! – Он вдруг поднялся из-за стола. – Арест вовсе не испугал меня! Наоборот, я многое понял. Но я для них мелкая сошка. Им нужна ты, чтоб отсечь голову более крупной рыбе! Ведь так? За кем идет охота?!

Глаза у Антона горели, но Зоя молчала.

– Это неважно! – наконец проговорила она. – Но я не отдам тебя на шесть лет в Мордовию! Хоть ты и рвешься туда! Что еще за блажь?! Это зона, а не санаторий! После этого тебя никто не возьмет на работу, не примут ни в одно учебное заведение! «Волчий билет»! Ты хоть понимаешь, что это такое?!

Голос ее дрогнул. Она с трудом сдержала слезы. Антон вдруг победно улыбнулся.

– Но я же тебе сказал: иначе отсюда никогда не уедешь! А жить здесь и постоянно всего бояться? Это жуть какая-то!.. И честно говоря, мне уже порядком надоело. Но еще противнее смотреть на вас, насмерть перепуганных. Я-то хоть осознаю, что живу в тоталитарной стране, почти при фашистском режиме, а вот вы…

– Замолчи! – перебила она сына. – Ты с ума сошел! Не смей так говорить?! Не смей! – выкрикнула она и впилась в него страшным взглядом.

Он утихомирился, сел на место. Зоя налила сыну чай.

– Мам, если ты спокойно обо всем подумаешь, то поймешь, что на самом деле прав я. Да у нас в университете каждый второй говорит об этом! Ну, не каждый второй, каждый пятый. Та же Мариванна! Поэтому я и влюбился в нее. Она – большая умница!

– Все, больше ни слова! – она приложила ладони к вискам. – Лучше пей чай!

Антон грустно посмотрел на нее.

– Просто я не переживу, если тебя посадят в тюрьму! – прошептала Зоя, слезы снова блеснули в ее глазах.

Антон кивнул и стал пить чай. Зоя вытащила из холодильника пару эклеров. Антон их очень любил.

– Ешь! – приказала она, взяла сигарету из пачки «Мальборо», отошла к окну, открыла форточку, закурила. Несколько секунд Зоя молчала, но неожиданно вдруг спросила у сына: – У тебя с ней серьезно? Она – единственный свет в окошке? Но она же старше тебя!

Антон чуть не подавился, но глотнул чаю и шумно задышал.

– Извини, но я не знал, что она жена полковника, да еще из КГБ! Она это скрывала.

Зоя шумно выдохнула.