Дело гастронома № 1

– Да, да, Лазарева, пусть подойдет! – кивнул Беркутов и тут же отключился. Затем обратился к Левшиной: – А самой нельзя было решить этот вопрос?

– Я и решила! Перестала ей давать хлеб, она в отместку не стала крахмалить мой рабочий костюм! Я сама стала крахмалить, мне нетрудно, а вчера, как назло, крахмал кончился!

Вскоре вошла Лазарева, встала у порога. Она была в рабочей одежде: в длинном резиновом фартуке, резиновых рукавицах. Беркутов внимательно осмотрел ее с ног до головы и нахмурился. Лазарева поняла причину такого взгляда.

– Мне сказали срочно, я вот… и не стала переодеваться!

– Венера Рашидовна, пройдите поближе, присядьте! – пригласил Беркутов, указывая на свободный стул.

Лазарева прошла вперед и уселась напротив Левшиной. Беркутов подождал, пока обе женщины закончат первый тур обмена гневными взглядами, затем обратился к Лазаревой:

– Почему вы перестали крахмалить униформу Левшиной?

– А я откуда знаю, чья тут уни, а чья форма? Я всем крахмалю! А если она не сдает, я не виновата!

– Как тебе не стыдно! Я каждый день все сдаю вовремя, да сам начальник смены может подтвердить, а ты при всех выбрасывала мою форму из корзины с бельем! И мне открыто заявила: раз хлеб не даешь, я твою форму крахмалить не буду! Все это слышали! – вскипела Левшина. Затем сердито поджала губы и замолчала, глядя в сторону.

Беркутов вздохнул, нахмурился:

– Что можете сказать в свое оправдание, Венера Рашидовна?

– А чего мне говорить? Все уже сказано!

Беркутов задумался, забарабанил костяшками пальцев по стеклу, которое лежало у него на столе.

– Видимо, Венера Рашидовна, мы с вами не сработаемся, пишите заявление об уходе!

– Ничего я писать не буду, – хмуро пробурчала Лазарева.

– Тогда придется уволить вас по статье! – объявил Беркутов.

– У вас здесь все воруют! Начальница моя крахмал сумками домой таскает! Продает, видно! А мне нельзя буханку хлеба домой взять?! – опять возмутилась Лазарева.

Беркутов опешил. Он даже поднялся со стула, впившись в прачку гневным взглядом.

– Кто ворует?! Кто это «все»?! – в ярости выкрикнул он.

Но Лазарева этого окрика не испугалась, медленно поднялась и нависла над столом.

– А что, не воруют, скажете? Везде воруют! Муж мой на мясокомбинате работает и, когда надо, пару кило мяса домой приносит, это обязательно. И у сына на работе воруют, везде воруют! Страна такая!

Она смотрела на него устало, сердито и простодушно. Беркутов не нашелся что сказать, возмущенно хмыкнул и нажал на кнопку селектора. Оттуда донесся усталый голос Люси:

– Слушаю, Георгий Константиныч…

– Люся, подготовь приказ об увольнении прачки Лазаревой, прямо с завтрашнего числа!

Беркутов отключил селекторную связь. Медленно опустился в кресло.