Чисто семейное дело

 — Молодая женщина попыталась пошутить, но, поняв, что ничего не выйдет, разозлилась: — Как у меня может быть все нормально, если за три дня убили трех моих знакомых? Сижу, жду своей очереди.

— Ну, зачем же так пессимистично. Хотите, вас будут охранять?

Даша мотнула головой, как укушенная лошадь:

— Еще чего! Не хватало мне еще извращенца, следящего за моим задом. У меня воды напиться не хватает сил, не то что краситься… Можно закурить?

— Курите, — подполковник удивленно посмотрел на нее, — а зачем вам краситься? Мы же вас охранять собираемся, а не в кино снимать.

Легким щелчком выбив сигарету из пачки, она с холодным презрением покосилась на Полетаева:

— По-вашему, я должна сидеть с такой облезлой рожей, зная, что за мной наблюдает мужчина? За кого вы меня принимаете? — Не дождавшись ответа на сакраментальный вопрос, молодая женщина глубоко затянулась. — И потом — президентов убивают, а меня и вовсе как клопа прихлопнут… Что с Левой случилось?

Пододвинув ей пепельницу, подполковник задумчиво подпер ладонью подбородок.

— Немецкая полиция подозревает сестру убитого, — уклончиво ответил он.

Даша от удивления раскрыла рот.

— Соню? — И рассмеялась. — Да они с ума сошли. С чего бы ей его убивать? У них всегда были хорошие отношения, насколько я помню, они даже никогда не ругались. Если только из-за Светки…

— Именно это немецкая полиция и предполагает.

— Что?!

Полетаев принялся терпеливо разъяснять:

— По словам сестры убитого, Либерман привел в дом некоего незнакомого мужчину.

— Лева ей его не представил?

— В том-то и дело. Она утверждает, что пряталась в шкафу, когда мужчины разговаривали, и потому не знает, как выглядит предполагаемый убийца. Согласитесь, версия малоправдоподобная, зачем бы взрослая девушка залезала в шкаф. Она же была нормальной?

— Насколько я помню, да. — Устало прикрыв глаза, Даша откинула голову и выпустила в потолок тонкую струйку дыма. — Может, она там от немцев пряталась?

— Перестаньте, Даша, — эфэсбэшник тем не менее усмехнулся, — местная полиция сейчас ожидает результатов вскрытия, и если окажется, что Либерман был отравлен так же, как и Лунина…

— На что вы намекаете? — фыркнула молодая женщина, — что Сонька убила Светку, ее мамашу, Леву и Сола? Это просто смешно. На кой черт ей было их убивать? При желании Либерманы без всякой крови решили бы эту проблему: хитростью и смекалкой. Они же евреи, а не корсиканцы. Не верю. И потом, Сонька любила брата, зачем его убивать, если Лунина мертва? И как бы она выбросила ее мамашу из окна в Москве?

Так же, как и при первом допросе, лицо Полетаева вдруг приняло расстроенно-задумчивое выражение:

— Ну это могло быть совпадение. А брата убила, чтобы не выдал.

Даша снисходительно улыбнулась.